Закованные в броню

Его необыкновенные темно-фиалковые глаза сверкнули от удовольствия тем, что ему удалось пробить броню ее холодности и заинтересовать ее. Какое-то время он внимательно рассматривал ее, а потом задумчиво заметил:

– Я бы сказал, что вы больше похожи на уроженку Северной Греции или итальянской провинции Эстии. Или на славянку, возможно, даже полячку.

– Touche, принц! – ее холодное прекрасное лицо внезапно осветила улыбка, от вида которой у Острожского сильнее забилось сердце. – Вы почти угадали. Моя бабка была итальянкой.

– Вы говорите по-итальянски? – тут же спросил он, изогнув губы в пленительной улыбке.

Эвелина со смутным чувством недовольства отметила, что польский князь, несомненно, не только очень привлекательный, но и довольно наблюдательный и проницательный молодой человек. Если бы он не смотрел на нее с таким явно выраженным определенного типа интересом, она бы с удовольствием использовала шанс поговорить с ним. Но в подобной ситуации, его внимание к ней могло вызвать недовольство комтура Валленрода.

– Совсем немного, принц.

– Это значит, так же хорошо, как и по-польски? – приподняв бровь, спросил он.

– Это значит, что вам не стоит надеяться на продолжение нашего короткого знакомства, – холодно сказала она. – Мой дядя очень строг, и я не хочу расстраивать его.

– У вас есть жених, фройлян Валленрод?

От удивления его вопросом Эвелина чуть не наступила на подол своего платья. Посмотрев ему в лицо, она увидела, что он не шутит. Все с той же любезной улыбкой он ожидал ее ответа.

– Я не чувствую призванья к замужеству, принц, – помедлив, сказала она, не глядя на него.

– Я не спрашивал вас о ваших чувствах, фройлян Валленрод, – ей показалось, что в его голосе прозвучала насмешка. – Я спрашивал вас о том, есть ли у вас жених.

– Нет, мой принц.

Эвелина подняла голову и с холодным высокомерным выражением взглянула в его искристые глаза.

– Благодарю.

Его глаза тут же спрятались в тени длинных стрельчатых ресниц, которым могла позавидовать любая девушка.

– Будете ли вы возражать, фройлян Валленрод, если я попрошу у комтура вашей руки? – все так же любезно и спокойно, как будто речь шла о приглашении на следующий танец, спросил он.

Эвелина на секунду замерла от неожиданности.