Закованные в броню

Он снова поразился красоте ее тонкого выразительного лица, бледного, с четкими иконописными чертами, обрамленного светлыми локонами, отливающими золотом в свете вечернего солнца. Она показалась ему еще более хрупкой, более беззащитной, чем он запомнил ее два месяца назад. И еще более красивой. Но, судя по тому, что она даже не посмотрела на него, она по-прежнему не хотела его знать.

Он еще немного подождал, а потом заговорил первым, заговорил по-польски:

– Послы короля Владислава-Ягелло приехали за пленными, фройлян Валленрод.

– Какое это имеет отношение ко мне? – высокомерно спросила Эвелина, не оборачиваясь к нему.

– Я знаю, что вы полячка.

– Знаете? – Эвелина осталась неподвижной.

На губах ее появилась презрительная улыбка.

– Откуда? Вам снизошло озарение свыше?

– Я знаю! – твердо сказал Острожский.

– Замечательно. И что я должна для этого сделать? – все также холодно спросила Эвелина, не поворачиваясь к нему.

В ее тоне прозвучало такое невыразимое презрение, что он содрогнулся.

– Я хочу вам помочь, – стараясь контролировать эмоции в своем голосе, сказал он.

– Помочь?! – она, наконец, обернулась и посмотрела на него. – Что-то вы перестали говорить о моей красоте, вашей любви и намерении просить моей руки, дорогой принц. Теперь, когда вы случайно узнали мою тайну, вы уже не хотите получить в жены Белую Розу Ордена?

Острожский невольно отшатнулся от нее, столько холодного безразличия и откровенного презрения было в льдисто-голубых глазах этой прекрасной светловолосой девушки.

– Вы несправедливы, фройлян Валленрод, – сдержанно сказал он, пытаясь не показать обиды и недоумения, вызванного ее словами. – Поскольку вы явно дали мне понять, что никоим образом не намерены поощрять мои матримониальные намерения, я полагал, что для начала я смогу помочь вам вернуться на родину, и только после этого буду снова пытаться завоевать ваше доверие и вашу любовь.

Она некоторое время смотрела ему в лицо, словно наслаждаясь его замешательством, а потом все с тем же ледяным безразличием сказала:

– Помогают тем, кто нуждается, дорогой принц. Я ни в чем не нуждаюсь. Ни в вашей любви, ни, тем более, в вашей помощи.

– Вы убиваете себя, Эвелина! – глядя ей в лицо, взволнованно сказал он, называя ее по имени.