Улиткин Дол

Потом эта картинка сменялась почти пряничной красоты домиком с башенками, полузамком. В окошках весело горел свет, дверь была открыта, и опять что-то страшно тянуло его в этот домик со старинных английских картин. И всё. Тяга, которой в этом мире почти не было ни к чему, делала этот кусок сна интересней жизни. Если бы только можно было сбежать в эти места и пройти дальше по тропинке к домику…

И что? Бред. И Яша уснул.

Во сне он увидел костёр. Костерок, разведённый непонятно кем прямо перед подъездом бабушкиного дома.

Присмотревшись, Яша понял, что собачка была странноватой, похожа на игрушку, только крупнее, с пластмассовыми глазами и с одним ухом. В следующий миг он узнал в этой собачке своего Тузика, игрушку из детства, которая давно куда-то пропала на даче, а была подарена Яше в раннем детстве, когда мама ещё была студенткой и жила на скромные средства. Пёс стоил дёшево и сделан был топорно, хотя, морда получилась обаятельной и выражение её словно бы говорило дружески и весело: «тяпнуть?» Или… «бежим»?

От неожиданной мысли Яша встал, а Тузик сел и прокашлялся.

– Так бежим или… – сказал Тузик по-собачьи хрипловато и почесал задней лапой пустое место от уха.

– К-куда, – произнёс Яша, почему-то вычисляя, сон это, или не сон. Разумеется, сон. Собака говорит по-человечьи.

– Отсюда, – ответил пёс из искусственного меха и пошёл в кусты. Яша бросился за ним потому, что почувствовал тягу.

Мельком он бросил взгляд на пламя костерка, и ему показалось, что там, раздутые от оранжевого огня, горят-гудят какие-то книжки…

За кустами оказалось ещё много кустов, очень много, и Яша шёл, раздвигая руками ветки, боясь потерять из виду мелькавшее впереди светлое пятно Тузикового зада. «Вот оно, наконец, светлое пятно в моей жизни», – рассмешил себя Яша, и тут кусты кончились небольшой полянкой, примкнувшей к каменному склону горы.

– Туда, – хрипнул Тузик и опять побежал, теперь по тропинке, по сторонам которой пышной пеной росли синие и фиолетовые цветы.

Теперь тропка влетела в гору, и двое оказались внутри маленькой пещеры, в центре которой опять горел готовый костерок. Яша присел на камень отдышаться, а Тузик полизал лапу.

–Так, – деловито заявил пёс, – я прилягу. Что, Яша?

– Ничего, узнал тебя. – Парень глянул в пламя, – там горели обычные ветки.