Улиткин Дол

Но это был выбор его мамы Марины, а она любила свой выбор и свою реальность.

У Яши единственным любимым занятием, почти постыдным среди его сверстников, было чтение. Это занятие отключало от предлагаемой повсюду тошнотворной реальности и уводило в другие, пёстрые или нежно-туманные, придуманные или забытые реальности, в которых самочувствие почему-то улучшалось, делалось весело и интересно. Книжки читались валом, запоем совершенно разные, включая бульварные, научные, фантастические, конечно, школьная программа по литературе и её широкие окрестности, не поместившиеся в учебник, – всё это постигалось Яшей легко.

Разумеется, всё дело в закалке: в детстве малыш посещал двуязычный детский сад, плавно перешёл в престижную двуязычную школу, продолжая начатые в детсаду тренировки по карате. По сравнению с этой нагрузкой поглощение книг – как поглощение конфет. Да ещё уроки флейты и китайский язык, но это, благодаря заступничеству бабушки, удалось быстро исключить из своей жизни. Однако, мамин принцип – ни минуты свободной у детей быть не должно – работал на радость только себе и маме Марине.

Итак, немало благодаря книжкам, общий контур этого мира стал Яше к шестнадцати годам более-менее ясен: всё самое интересное испытано, описано и уже произошло. В основном, где-то в других странах. Дальше что?

«Что мне интересно? Школа – никому. Любовь, семья – это лотерея. А вдруг не смогу влюбиться? Девушки чего-то будут требовать. В кино только кровяшки и ненависть разного калибра, разнообразие злых морд, которые целятся друг в друга, – скукота.

Мимо Яши торопились или прогуливались разные люди. Слышались обрывки разговоров на три-четыре темы всего: деньги, выпивка, женщины, ремонт машины. Студенты – про зачёты.

«Темы – как в зоопарке. Только клетка со зверем хомо сапиенсом лопнула и разрослась на всю планету. А я что люблю делать? Не всю же жизнь мне только книжки читать? Поехать что-нибудь строить? У меня руки не тем концом вставлены.

« Ладно, куда сбежать?» – Яша тяжело встал с бордюра и пошёл в сторону Новодевичьего монастыря, свернул по улице направо, налево и, слушая стук мяча в голове, пришёл к дому своей бабушки, – старый дом начала прошлого века, когда тут ещё был город Москва.