Женить чудовище

Несколько секунд я не шевелюсь, прислушиваюсь к себе. Кости вроде целы, но колени противно саднит. А еще и плечо, кажется, пострадало. Вот мне только покалечиться ко всему прочему не хватало, ага. Я сажусь, осматриваю себя: колени хорошо ободрала, прямо как в детстве, на руке наливается огромный синяк.

Дверца джипа громко хлопает, отвлекая от грустных мыслей.

– Ну ты прямо на ровном месте, – раздается надо мной ворчанье Кузнецова, а потом он ставит меня на ноги. – Совсем, что ли, под ноги не смотришь?

Я испепеляю его взглядом:

– Вообще-то это вы виноваты! Вы! Прицепились тут, нервы все вымотали.

Сказала же: не хочу с вами работать, найдите себе уже другого пиарщика, их ведь полно.

Кузнецов заглядывает мне в лицо и как-то разом серьезнеет, поворачивается к машине:

– Веня, аптечку!

Я быстро вытираю слезы тыльной стороной запястья. Потом отряхиваю жилет и пижаму.

– Тань, ну куда ты собралась-то в таком виде? – укоризненно бурчит Кузнецов. – Я, между прочим, всех своих людей сейчас поднял, чтобы тебя найти.

Переживал, что с тобой случится что-нибудь нехорошее. Неужели ты и правда поверила, что тебя не отвезут домой? Я же просто пошутил.

Я поднимаю на него глаза. Лицо у него не слишком раскаивающееся, но мне почему-то хочется верить его словам. И тут он добавляет:

– Нет, ну скажи, чего ты так психанула? ПМС, что ли?

На меня снова накатывает негодование, даже в ушах шумит.

– Да пошли вы со своими шуточками! – цежу я.

– Куда?

Я не успеваю придумать – к нам подваливает Веня с аптечкой.

Кузнецов достает перекись и вату и, присев на корточки, протирает мое колено.

– Ай! – недовольно взвизгиваю я. – Осторожней!

Он смотрит на меня снизу вверх, совсем не нагло, участливо.

– Потерпи, еще чуть-чуть осталось.

Второе колено он обрабатывает нежней, едва касаясь кожи, а потом вдруг пробегает пальцами от колена до самого края шортиков.

– Красивые ножки, Танчик! Такие следует беречь.

Я собираюсь возмутиться, но не успеваю.

Кузнецов уже убирает руку и встает, смотрит строго.

– Еще есть царапины?

– Нет. – Я вдруг ловлю себя на мысли, что у Кузнецова приятный парфюм. Сам Кузнецов, кстати, переоделся – сменил майку на рубашку и теперь выглядит презентабельней.

– Давай ссадины еще пластырем заклеим, – предлагает Кузнецов.

Я не отвечаю, но ему это не нужно. Веня подает Кузнецову несколько кусков пластыря, и тот довольно ловко залепляет мои несчастные колени.