Это месть, сладкая

Я уже подчистила свою тарелку, а вот коллеги даже не притронулись к еде. Они сидели, уткнувшись в телефоны и, кажется, не замечали ничего вокруг.

– Ребят, жуйте быстрей: до конца обеда осталось всего ничего, – напомнила я. – А главред, между прочим, говорил, что сегодня может подъехать новый генеральный.

– У меня нет аппетита, – не отвлекаясь от телефона, сказал Гриша. – Моя личная жизнь опять пошла прахом. Я прямо сейчас пытаюсь ее реанимировать.

– Получается? – спросила его Аня, не отрываясь от телефона.

– Не особо. – Гриша вздохнул и наконец отложил мобильник. – Меня сегодня игнорируют на всех сайтах знакомств.

– А что ты делаешь на сайтах знакомств? – удивилась я. – Ты же в прошлую пятницу говорил, что отовсюду удалился. У тебя же завелась эта… как ее? Маша, кажется. Я думала, у вас все на мази.

– Маша теперь в прошлом. – Гриша насупился, отвел глаза. – Она меня отшила.

– С чего вдруг? – не поняла я. – Вроде по твоим рассказам она рисовалась милой покладистой девушкой.

– Она такая и есть.

– Да ладно? – Я окинула Гришу скептическим взглядом. Гриша у нас тоже милый и покладистый. Ума не приложу, что он мог сделать обидного.

– Я повел себя как тюфяк, – словно в ответ на мой мысленный вопрос, признался Гриша. – В субботу я водил Машу в кафе, потом пошел провожать. Мы стояли у подъезда, она, кажется, ждала, что я ее поцелую, но я все не мог решиться и…

– Она сама тебя поцеловала? – попробовала угадать Аня, по-прежнему залипая в телефоне.

– Нет, ни фига, – хмыкнул Гриша. – Хотя я надеялся: это бы сразу столько проблем решило.

– Так что случилось-то? – не поняла я. – Она обиделась на твою нерешительность?

– Нет, – Гриша мотнул головой. – Когда я почти созрел до поцелуя, из Машиного подъезда вывалились какие-то качки, человек шесть, и их главный такой: «О, красотка, пошли с нами!» Он взвалил Машу на плечо и понес.

– Куда? – Отложив телефон, Аня уставилась на Гришу округлившимися глазами.

– Ну откуда мне знать, куда он ее понес? – возмутился Гриша.

– И что потом? – поторопила я, изнемогая от любопытства.

Гриша скривился, но продолжил:

– Секунд через двадцать Маша вырвалась и прибежала обратно. И стала кричать на меня из-за того, что я за нее не вступился, не побежала за этими самыми качками.

– А ты не побежал? – ахнула я.

Гриша стал пунцовым, мотнул головой.

– Не побежал. Я почему-то завис и даже пошевелиться не мог.