Проклятье рода Ротенбургов. Книга 4. Суженый

– Ты – мать моего сына, ты – та женщина, которой я раз и навсегда отдал свое сердце. Пусть ты и не моя жена на бумаге, но ты женщина, которую я люблю. Этого достаточно.

– Марк, я замужем, – сдержанно сказала я.

– Какая мне разница!

Я запахнула на груди ночной халат и поежилась от утреннего холода, который вливался в открытое окно. Марк подошел ко мне, взял мою руку, лежавшую на покрывале, и одел на мой палец кольцо. Потом поднес мои пальцы к губам.

Я посмотрела на его красивый классический профиль и, почти ненавидя себя за то, что делаю, сказала:

– Ты обещал, что будешь вести себя прилично, Марк.

Он усмехнулся.

– Я и веду себя прилично. Если бы я не был связан этим своим обещанием, все было бы по-другому.

– Как?

– Элена, не провоцируй меня, – предупредил меня он, не выпуская из своей руки моих пальцев.

– А то что? – с легким вызовом спросила я. – Что ты сделаешь, горячий эстонский парень?

Он с недоумением посмотрел на меня.

– Эстонский парень?

– Извини, русская шутка, – сказала я, высвобождая свои пальцы из его руки.

 – Ты не мог бы выйти? Я хочу встать.

– Вставай, – сказал он, не двигаясь с места.

Теперь уже я, подняв брови, посмотрела на него с легким недоумение.

– Это, по-твоему, называется вести себя прилично?

– Вполне. Чего ты боишься? Что я увижу твое совершенное тело и снова тебя изнасилую?

– Боже упаси! – с насмешкой сказала я. – Как можно! Барон фон Ротенбург никогда не опустится до этого. Он предпочитает действовать шантажом!

Увидев выражение его лица, я поняла, что, пожалуй, переборщила.

Он резко встал и прошел к окну.

– Одевайся, – не глядя на меня, холодно сказал он. – Мы собирались на Крит сегодня, с Тео и Амандой. Дети уже завтракают. Извини, но я хочу остаться в комнате по тактическим соображениям.

– Ну да, я понимаю, – пробормотала я, вставая из постели. – Имитация счастливой семейной жизни, надо полагать?

Не дожидаясь его ответа, я прошла в ванную. Когда через полчаса, не меньше, я вышла из ванной, уже успев привести себя в порядок и даже переодеться в легкий светлый сарафан для поездки, Марк по-прежнему стоял, отвернувшись к окну.

На моей постели лежало белое, классического покроя платье без рукавов, даже на первый взгляд казавшееся невероятно дорогим. Когда я, не удержавшись, подошла к кровати и взглянула на него поближе, я немедленно увидела неприметную бирку самого дорогого модельера мира.

Марк обернулся ко мне от окна.