Литвинка. Книга 1

Дмитрий скользнул внимательным взглядом по кипе грамот, горкой возвышавшихся на рабочем столе отца.

– Ты сильно занят, отец?

– Говори, зачем пришел, – откинувшись на спинку кресла, сказал князь Михаил Ярославич. – Я всегда занят. И присядь. У меня шея болит на тебя снизу вверх смотреть.

Дмитрий послушно опустился на лавку у стены, и некоторое время молчал, словно собираясь с мыслями перед тем, как задать интересовавший его вопрос.

– Отец, расскажи мне, почему ты не согласился на мой брак с сестрой Узбека, – наконец, тщательно подбирая слова, спросил он.

Великий князь тверской с удивлением посмотрел в темно-фиалковые, серьезные глаза сына, задавшего ему этот вопрос.

– Потому, что моя семья не будет родниться с монголами, – лаконично ответил он.

– Родственный союз с Узбеком мог неизмеримо возвысить Тверь над Москвой, – задумчиво продолжал Дмитрий. – Если бы я женился на Кончаке, Юрий бы сидел в своей Москве и нос бы оттуда высунуть боялся.

– А Тверь стала бы союзником Золотой Орды! – саркастически произнес Михаил Ярославич.

 – Тебе бы пришлось собирать с Руси дань, участвовать в приемах и пьянках хана, нацепив на себя дурацкий придворный халат с позолотой, а тверские полки бы ходили воевать за интересы Узбека в далекий Иран!

– Ну, зачем же так радикально, – поморщился Дмитрий. – Святой князь Александр Невский отвоевал у Орды право не приносить монголам дань кровью наших воинов.

– Святой князь Александр Невский был отравлен в Орде! – гневно сверкнув глазами, сказал князь Михаил Ярославич.

 – И отец его, князь Ярослав Всеволодович, и брат его, князь Ярослав Ярославич, твой дед! С чего это вообще такой интерес к этой сделке? Тебе принцесса татарская понравилась, что ли? Слышал я, ты часто к ней захаживать стал, утешать бедную жену Юрия Даниловича.

– Она, в первую очередь, любимая сестра хана Узбека, – также сердито блеснув темными очами, возразил Дмитрий. – И, в конце концов, красивая молодая женщина, которая попала в трудное положение, брошенная мужем на произвол врага.

– Значит, красивая, говоришь? – князь Михаил Ярославич даже развеселился. – Поверь, твоя невеста, дочь литовского князя Гедемина, не хуже будет. К тому же, меня союз с Гедемином и галицкими князьями привлекает больше, чем союз с Ордой.

– Союз Твери с литовцами и галичанами? – удивленно приподнял брови Дмитрий. – Ты что же, против Орды воевать намерен, отец?

– А возле Бортенева мы с ними, по-твоему, в игрушки играли? – изломил бровь тверской князь.