Красная Тапочка. Начало

Сказал, что ему нужно в одно место поговорить кое с кем, но он предпочитает, чтобы при этом присутствовал свидетель, за это готов был заплатить. Спросил, при себе ли у нее паспорт. Поручение несложное, вот она согласилась. Не стоит осуждать человека, который хотел подзаработать. Они сошлись на пятерке. Если бы он заплатил десять тысяч, вряд ли она бы согласилась, потому что бешеные деньги за просто так не дают. А та сумма вполне ничего, за пятерку не убивают.

В Колшево у дяди Лёни была развалюха на окраине. Что удивительно, рядом ни многоэтажек, ни частного сектора – словно целый квартал снесли, а про этот дом забыли.

– Придется немного подождать. – Он показал горящее окно. – Вот тут спит хозяйка. Она в девять спать ложится, тогда и пойдем.

Внизу еще один огонек светился, еле-еле, но Тапочка разглядела. Дядя Лёня сказал, что там живет Фермер, он всю ночь не ложится.

– Из своей комнаты он не выходит.

– А если шаги услышит? – спросила Тапочка.

– Он знает, что я приду ночевать. А другие приезжают на выходные.

Дверь и правда оказалась открытой.

– Послушай, не обижайся, но тебе нужно принять ванну, очень от тебя псиной пахнет, – заметил дядя Лёня.

Еще бы, если ночевать на диване с собакой.

Дядька и не думал смеяться. Он выглядел безобидно. Он ей ничего не сделал.

Так что Тапочка заперлась в душе и час не выходила. Кран развалился в ее руках, но она нашла проволочку и починила. Все тут держалось на честном слове. Зато полотенец – целая стопка.

Дядя Лёня переживал, из-за дивана, который раньше тут стоял.

– Так и живешь среди ворья, – сетовал он.

Видно, у него тоже началась полоса невезения.

– Ты собираешься мне помогать?

Тапочка вспомнила, что на помойке видела какую-то рухлядь. Тот диван и есть.

Как оказалось, дядя Лёня недаром беспокоился. Сейчас он сидел перед ней и не шевелился. Тапочка сразу поняла, что он неживой. От него пахло особенно, сырой землей.

А ведь она отлучилась только на десять минут, потому что он попросил поискать этот чертов диван.

Она пришла сказать, что нашла его диван, а дядя Лёня уже мертвый. Она послушала, сердце не бьется. Руки у нее испачкались в крови, натекло из раны на голове. Кто его убил, выяснять не собиралась. Не больно весело рыскать по руинам.