Долгая ночь Виктора Цепкова

Виктор попытался соотнести смерть этих троих с предметами, которые находились в кабине водителя и будке кунга и могли послужить ее причиной, но не нашел ничего подозрительного. Их захватил туман сразу же, едва они прибыли в его владения. Почувствовав духоту (не случайно, ох, не случайно, один солдатик и водитель перед смертью открыли окна), они вдохнули смертельную дозу выброса.

Тела еще сохраняли тепло, и Виктору, которому доводилось иметь дело со смертью, стало ясно, что она наступила совсем недавно. Вполне возможно, что и сам он попал бы под выброс, если бы не замешкался при отъезде с мерином, хлопоты с больной ногой которого и подарили ему спасительную отсрочку.

Несмотря на то, что солдаты были мертвы, Виктор действовал так, как ему предписывала инструкция: он вскрыл помещение, дабы обеспечить доступ свежего воздуха. Тут его выручили старые ботинки, уродливые мартенсы отечественного производства, много лет назад продававшиеся в деревенском магазине. На подошве были выдавлены буквы: «космос».

Рисковал ли Виктор, у которого из всех защитных средств имелась только футболка, которую он обмотал нижнюю часть лица? Эх, прости-прощай надежда произвести впечатление на красавицу, ожидающую его (если еще не устала ждать, потеряв терпение).

Имелась еще одна мысль, которая требовала от него проникнуть в кунг. Он искал рацию, без которой военные не отправлялись в путь.

Когда Виктор смог распахнуть дверь настолько, чтобы проникнуть внутрь, ему пришлось нарушить порядок расположения тел – рация оказалась погребена под их грудой. Ни за что бы ее не найти, если бы не спокойствие и методичность Виктора: он переворачивал каждого солдата в надежде отыскать случайные признаки жизни, но находил лишь свидетельства смерти.

К счастью, рацию удалось отыскать. Нужный прибор находился рядом с бойцом, который в последний миг жизни пытался выйти на связь, но отравление накрыло его так быстро, что он не успел даже произнести свой позывной.

Фары ГАЗа притухли, но аккумулятор оказался не разряжен. Нет, это не остановка на ночлег, понял Виктор. Смерть застала их в пути, они встретили ее бодрствуя. Открытые глаза, на лицах – гримаса ужаса.