Долгая ночь Виктора Цепкова

И этот туман лез в горло, как вино в бокал.

Виктору предстояло путешествие по красивейшим местам района, основная территория которого приходилась на заказник, лишь местами его затронула сельскохозяйственная деятельность. Его удивляло безразличие соседей к красотам природы. Они и в лес выбирались лишь на заготовку грибов или дров. Поведение Михалыча убеждало его, что пофигизм – основной принцип жизни деревенских. Себя Виктор относил к иному типу людей, станичникам, чья любознательность раздвигала границы вселенной.

Ненадолго он остановился у круглосуточного магазина на заправке, откуда вышел, нагруженный деликатесами, среди которых были шоколадные конфеты, ананас и даже редкий торт «Трюфель», и это, не считая бутылки сладкого вина.

Его поездка имела деликатный характер: Виктора ждала женщина из города, и, хотя их отношения длились уже год, она блюла себя и приезжать к нему не соглашалась. Провести конец недели он рассчитывал у нее, а потому и позаботился о гостинцах.

Пока он отоваривался в лавке, снег перестал идти и распогодилось.

Стемнело, и Венера с Ковшом висели над дорогой угрожающе низко, словно собирались высадить в районе звездный десант. Не будь голубки, ожидающей его, доктор отбыл бы с земли вместе с тем десантом, который взирал на него сверху вниз, никак не решая высадиться. Впрочем, Виктору и так было хорошо. Он предпочитал путешествовать по ночам, чтобы испытать удовольствие от свежего ветра, вносящим его в поток ночи и позволяющим слиться со звездами.

И ночь распростерлась над ним, и звезды несли вахту. Как все вахтовики, они таили в душе несметные сокровища своего родного дома, о которых глядевшие не догадывались, но несомненно чувствовали.

Через пару километров картина изменилась, над дорогой стал сгущаться туман, и Виктор включил противотуманные фары. В другой момент он проявил бы внимательность к столь резкому потеплению, но его отвлек звонок любимой, обеспокоенной его молчанием. «Ты не забыл, Витя, что у тебя сегодня ночевка? Ноче-овка с про-должением», – говорила его голубка по-местному тягуче и растягивая слова.

Казалось, она беседовала с ним в холодной темноте на языке звезд.

Виктор заверил ее, что волноваться нет оснований, и он слегка задержался с выездом, но сейчас уже в пути, и уже ничто не сможет его остановить. Дав это обещание, он положил трубку и стал смотреть на дорогу, дивясь количеству мертвых животных как на обочине, так и на дорожном полотне.