Салданг. Легенда о солнечном свете

Ведь как только он освободился от крепких рук дерзкой Сураи, Шамас вскочил на четвереньки, и снова зарычав, бросился в сторону Шонди. Бедняга от страха замер на месте и на миг даже забыл, как его зовут. Это не удивительно, ведь к нему стремительно приближался чудовищный здоровяк с отменным аппетитом. На тот момент Шамас казался особенно большим и тяжёлым, и каждый раз, как его лапы прикасались к земле, Шонди, сам того не замечая, подпрыгивал на месте.

– О нет! – прокричал Шонди и, закрыв глаза дрожащими руками, свернулся в крепкий клубок.

Мысленно Шонди уже подготовился к самому страшному. Его глаза невольно зажмурились, избавив от жуткого зрелища над головой. Шамас встал прямо над ним и широко раскрыл свою свирепую пасть. Здоровяк снова издал громкое рычание, и с его рта упала тяжёлая слюна, приземлившаяся прямо на голову Шонди. Бедняга и так был не в самой выгодной ситуации, а эта мерзкая слюна и вовсе его добила. Он скорчился ещё сильнее, но уже не от страха, а от того, что ему стало очень противно.

– Хоть бы освежающей травы пожевал, перед тем как меня есть – мысленно возмутился Шонди, задерживая дыхание.

В отчаянии он уже приготовился стать закуской для Рансана, но роковой миг так и не наступал, словно время и вовсе остановилось. Не стерпев мучительного ожидания, Шонди решился открыть глаза и сильно удивился. Шамас стоял рядом, но больше не смотрел в его сторону и видимо не собирался даже его есть, так как был сильно отвлечён чем-то другим. Все, кто находился на берегу, устремили свой взгляд на воду.

– Началось! – воскликнул Долгопят, не отрывая глаз от воды.

– Что началось? – уточнил Шонди и слегка обиженным тоном добавил. – Меня тут чуть не съели, а вы на воду пялитесь!

– Началось… – с огорчением добавила бабушка Ови и ахнула от вновь увиденного зрелища: из-под спокойной воды резко вырвался бледно-голубой луч, расплескав капли в разные стороны.

– Ух, ты! – восхитился Шонди. – Вы это видели?

Никто снова не обратил внимания на слова Шонди, ведь им уже было не до него. По глазам Оки было ясно, что она была растеряна. Рансаны стояли с хмурыми лицами, не переставая рычать в сторону водоёма. Долгопят переменился в лице. Его глаза стали ещё больше и так заблестели, что луч отражался в них ярче, чем он был на самом деле. Пушистое лицо маленького зверька, было переполнено эмоциями.