Салданг. Легенда о солнечном свете

Через пару мгновений из зарослей с криком вылетел Шонди и свалился прямо под ноги Рансанам.

– Да что с тобой вообще такое, сумасшедший ты Рансан?! – возмутился Шонди, поднимаясь на ноги.

Следом за ним показалась и бабушка Ови, которая тоже что-то ворчала себе под нос. В руке у неё, как всегда, была трость, а на плече висел подсумок сделанный из толстых листьев, лианы и специальной слизи, накрепко скрепившей материал. После неё вернулся и Кояс, по его опущенной голове и виноватым глазам было ясно, что ему стыдно за свой необдуманный поступок.

– Сколько раз тебе говорить, чтоб ты под ноги смотрел! – заворчала старушка и тут же ткнула Кояса в бок. – А ты чего налетел на нас как бешеный? Тебя что здороваться не учили?

Кояс не смог ничего ответить словами, но виноватые глаза извинились за него. Ока же, сразу как увидела непрошеных гостей, спустилась с дерева на землю и предстала перед ними.

– Зачем вы преследуете нас?! – возмутилась Ока.

– Ну, во-первых, мы не преследуем! – ответила старушка. – А во-вторых, кто как ни Шонди должен исправить всё, что натворил?

– Это исключено! – громко отрезала Ока. – На сегодня его помощи Салдангу хватило сполна!

– Ну, пожалуйста, Ока! Разреши нам пойти вместе с вами! – воскликнул Шонди.

Ока не стала повторяться и обратилась к Тивасу:

– Разберись с этим, Тивас! У нас нет времени на разговоры.

– Возвращайтесь домой, мирные Сураи! – скомандовал Тивас, не смотря на то, что не хотел их отправлять обратно. Компания весёлой старушки и её болтливого внука была ему по душе, как и остальным Рансанам.

– Но, послушайте! – перебил его Шонди. – Я виноват в том, что произошло, но только подумайте, ведь если я смог помочь Долгопяту, то есть этому Вайко Темноокому, то неужели я не смогу помочь и вам? Тем более бабушка с меня точно не слезет, пока я не исправлю то, что натворил.

– Убедительно! – коротко ответила Ока, поворачиваясь к старушке. – А вы то нам зачем, бабушка Ови? Нам ведь некогда ждать, пока вы будете ковылять за нами со своей тросточкой!

Бабушке явно не понравились слова Оки, но она решила не накалять ситуацию и отложила высказывание своего мнения об её ужасном воспитании на потом.