Ветер моих фантазий. Книга 2

«Меня повредили в бою?»

Но искусственные имплантаты, волею сознания отправленные на новое обследование организма, внутреннее, усиленное, с приказом вылечить все найденные повреждения поскорей… они, конечно, растекались по телу, проходя меж капель крови, проникая через клетки органов. Но боль внутри не утихала. Боль почему-то не исчезла.

А Сандиас с интересом следил за действиями кианина. На то, как он стоял и смотрел, как его человек уходит. Стоял и неотрывно смотрел, покуда его аини совсем не скрылся из виду.

Будто совсем забыл обо всём на свете. Казавшийся таким потерянным.

И полуискусственный человек, потомок нескольких учёных, не удержался:

– Ты создан, чтобы защищать его. Но он тебя прогнал. Как же ты теперь выполнишь своё предназначение?

Сандиас намеренно торопил его. Ему не терпелось увидеть, как же будет метаться кианин. Да и… роботы же ничего не чувствуют! Роботов можно самолично крушить и разбирать – и они покорно последуют воле хозяина. Разве что чужих нельзя разбирать и ломать без разрешения хозяев.

Но, впрочем, Кри Та Ран теперь уже как бы ничей.

«Побежит его догонять? Самоуничтожится прямо сейчас?» – оживлённо обдумывал юный исследователь, внимательно наблюдая за кианином.

– Моё предназначение… – глухо повторил чужой кианин.

И стоял какое-то время в растерянности. Человек чужой даже обозлился за его медлительность.

– Моё предназначение… – едва слышно повторил чужой хианриа, потом как-то резко сказал: – Моя душа…

Но вдруг повернулся к Сандиасу.

Лицо у чужого кианина было бесстрастным. Вот, он медленно пошёл к чужому аини.

«Он… попросится служить мне? – недоумённо подумал Сандиас. – А что! Должен же он о ком-то заботиться! О, тогда у меня будет свой собственный Китрит 66-1! Интересно, каково это?!»

Вот, расстояние между ним и кианином редкого подвида сокращалось. Всё больше и больше. То есть, всё меньше и меньше.

«Тем более, что их так сложно добыть! А у меня будет свой» – радостно подумал юный исследователь.

Но искусственный человек подошёл к нему, продолжая пристально смотреть на него.

И… вдруг замахнулся. И… и с размаху, мощно ударил. По тому же месту, по которому прежде его бил. Хотя и рассчитав силу удара, чтобы не снести Сандиасу голову совсем, чтобы он не скончался от сотрясения мозга или пробитого черепа и размазанного твёрдой рукой мозга.

Боль была жуткая. К человеку не сразу вернулась способность соображать. А когда боль чуть убавилась – он снова увидел своего мучителя.