Вампир-самозванец

Всё-таки, привлекать внимание к нашим народам не хотят… потому и селятся группами, где-нибудь в глуши… Но так ли хорошо это? Может, затеряться среди простых людей намного лучше? Так будет многу шума, если кого-то убьют… Но, впрочем, кому есть дело до моего мнения и меня?..

Через день я, отмытый, с отмытым младенцем и котом – усатый сам усердно вылизался, смотря, как я навожу себе и девчонке чистоту, уже шёл по улице небольшого человеческого городка. Усталый после долгого и быстрого ночного перелёта. С измученной малюткой, опять заснувшей от голода.

Только-только начинала светлеть кромка неба…

Я остановился перед церковью, с корзиной в одной руке и с котом в другой. Кот шипел, мяукал, царапался, словом, всем своим видом выказывал недовольство от того, что его зажали под мышкой.

– Рыжий, утихни, а?

Кот меня проигнорировал.

– А если я скажу «пожалуйста»?

Самолюбивое животное тут же затихло. Правда, одарило меня укоризненным взглядом. Против такого имени и вежливого обращения усатый ничего не имел, но не любил, когда с ним обращались как с обычным котом коим он по сути дела и являлся.

Я поставил корзину на верху церковной лестницы и посадил рядом с ней кота.

– Рыжий, береги её. Я тебе её доверяю.

Кот укоризненно посмотрел на меня. Будто бы я его предал.

– А что я могу? – устало спросил я, смотря ему в глаза, – Как я её кормить буду?

И достал из корзинки один из конвертов и спрятал под рубашку. Там было два конверта. Незапечатанных, сложенных из бумаги. Бумагу пришлось украсть.

Перо и чернильницу тоже. Наверное, не следовало этого делать. Вообще не следовало оставлять никаких напоминаний обо мне. Но я не удержался. Я всё-таки хотел, чтоб она знала, что кто-то о ней волнуется. Просто, так сложилось, что не смог заботится о ней. Но я оставил её не из-за ненависти. Она не виновата. У меня нет к ней ненависти. Просто я и правда не смогу её растить.

Девочка вдруг открыла глаза и печально взглянула на меня, будто понимала, что я собираюсь оставить её здесь.

– Я вернусь за тобой, – почему-то прошептал я ей. – Обязательно вернусь. Нужно только подождать. Жди меня, Кристина. Жди.

Я погладил её по щёчке, а она ненадолго сжала мой палец своими крохотными пальчиками. Сам не знаю, почему я назвал её так. Мне нравилось это имя. Наклонился и чмокнул её в лоб. Она устало сомкнула глаза.

– Жди, – повторил я.

Надеюсь, ты выживешь, малютка. Надеюсь, ты вырастешь счастливой. И никогда не узнаешь, что такое война.