Три мужа для Кизи. Книга 4

 – Но, впрочем, недавно этот мерзавец опять замыслил немыслимое! Решил лес поджечь, где прятались несколько вдов – и вдовы брахманов тем более – а вдов своим воинам отдать, для «утешения»! Мол, «всё равно от вдов пользы стране никакой нету», а «что мерзавки избежали костра, не уйдя за мужьями – то весомый повод для казни, но, впрочем, казнить их толку нет, надо бы использовать, молодых особенно».

– Что?! – глаза Аканкши распахнулись от ужаса.

– Я хочу Джае напомнить, что если она считает себя супругой царевича, то забота о его народе и женщинах оттуда, особенно, лишённых заступничества отца, мужа, брата или сына – это обязанность царевны.

– Я думаю, Джая вступится и так, – задумчиво сказала нагиня. – Даже если вы, Махадэви, сначала не упомянете об обязанностях. Джая не терпит несправедливости и она такая же дерзкая, как и её супруг. Тем более, Шандар замыслил столь ужасное и отвратительное!

– Что ж, проверим, – Махакали нахмурилась. – Я бы не хотела в ней разочароваться.

И ушла неторопливо, растворилась в лесу.

– Глупая! О глупая, Аканкша! – нагиня замолотила себя кулаками по голове. – Как ты посмела усомниться в деяниях Махадэва?! Как могла забыть – даже на миг лишь – что его жена уже однажды заживо сгорела из-за оскорбления её супруга её отцом?! А если б она покарала весь твой род?! – замерла вдруг. Вздохнув, поднялась с колен, сердито отряхнула юбку и края дупатты. – Нет, во всём виновата эта мерзкая Иша! Если бы она не преградила мне сегодня дорогу, не заставила несколько часов стоять и ждать…

Сгусток огня вылетел из леса.

– То есть, я сама виновата, о Махакали! – виновато нагиня произнесла. – Я сама упрямая. Я могла и просто уползи мимо той нахалки.

Ветер многозначительно пепел сдвинул к её ступням.

– Но она и правда наглая!

Пепел горячий коснулся её стоп.

Вскрикнув, она змеёй уже метнулась над ним.

– Я виновата! – прошипела сердито. – Я сама!

***

Кали, хмурясь, шла сквозь густой лес, в указанном нагиней направлении. Сердито сжимая рукоять меча-серпа. Поднявшийся ветер развевал длинные спутанные пряди, сгибал и разгибал ветки, заставляя листву грозно шуметь над головой. Три глаза великой богини горели гневом. Она уже ненавидела Шандара.