Легенда Арагона

Едва человек переступал порог, как попадал в иной мир – мир ангелов и святых с неземными красками и причудливыми формами их бытия.

Алетея Долорес пришла вместе с бабушкой Хулией: после мессы padre Игнасио должен был совершить над нею конфирмацию[4 - Конфирмация (миропомазание) – церковное Таинство, в котором человеку подаются Дары Святого Духа, чтобы они укрепляли его в христианской жизни.], так как юной графине ещё летом исполнилось семь лет. Алетея Долорес робела перед непонятным словом и, хотя отец сказал, что её всего лишь помажут миром, но через это священное действие на неё незримо сойдёт благодать Святого Духа и спасительная сила Божия, она всё равно просила отложить совершение Таинства.

Граф заколебался, однако донья Хулия была непреклонна, и вот Алетея Долорес стоит в церкви, до отказа заполненной людьми: на панихиду пришли близкие и дальние родственники погибших воинов, а также соседи и друзья. Padre Игнасио, высокий, крепкий человек в парчовой фелони[5 - Фелонь (риза) – парчовое, тканное золотом или серебром одеяние без рукавов. ] и расшитой золотой нитью епитрахили[6 - Епитрахиль – часть облачения священника; расшитый узорами передник, надеваемый на шею.], читал нараспев густым басом Евангелие.

Алетея Долорес внимательно слушала. Она не знала латинского языка, на котором велась служба, но отдельные слова понимала или же догадывалась об их смысле: padre Игнасио говорил о будущем воскресении мёртвых, о том, что Церковь молит Господа простить усопшим грехи и удостоить Царства Небесного.

И вдруг недалеко от канунника[7 - Канунник – специальный стол в храме с изображением распятия, перед которым служатся панихиды.], возле которого родственники сложили принесённую с собою снедь и где стоял сейчас священник, одна из женщин в чёрном платке заломила руки и громко заголосила.

Вокруг возникло шевеление: люди зашептались, кто-то теребил женщину за плечо, кто-то дёргал за одежду, но она всё голосила, горестно и надрывно.

Сердце Алетеи Долорес сжалось, на глазах невольно выступили слёзы.

– Это Карла из замка, – услышала она тихий голос позади себя. – Её муж сначала жил в нашей деревне… да вон его мать стоит…

– Которая? – так же тихо спросил другой голос.

– Ну, вон, тоже платком утирается! Я их хорошо знаю.

– А-а, вижу… Так его из деревни взяли в войско?

– Нет, он к тому времени ушёл в замок в помощники к конюху… Парень был хороший, серьёзный.

– Молодая, значит, вдова, – сочувственно проговорил голос.