Крик

А потом посыпался мат, но Сергей не стал дожидаться развязки событий, он знал, что азеры всегда кучкуются стайкой, значит, где-то поблизости есть еще.

Сережка со всех ног бросился бежать, схватил рюкзак и побежал в сторону моста. Настя не отставала, ей хотелось засмеяться, но в то же время понимала, что за ними уже шла погоня. Но стоило пересечь мост, как Сережка перешел на шаг и уже спокойно пошел дальше.

– Ты что, догонят!

– Они боятся сюда соваться. Если перебегут, то им Славка с Витькой перекроют дорогу.

Настя с опаской посмотрела назад, но стайка азеров, добежав до моста, остановилась. Серега помахал им, а те в ответ показали ему средний палец.

– Вот придурки, – сказал он и тут же показал им ответный жест, но по локоть. – Вот почему американцы показывают палец, а русские по локоть?

– Не знаю, я об этом как-то и не думала.

– Слабы они духом.

16. Я ненавижу тебя

Как только отец Иры закончил с полами в бане, вечером затопил ее. Девочки почти час визжали, подливая воды, чтобы было больше пару. Уставшие, но довольные, они вернулись в дом.

– Что вы там делали? – возмутился Сережка и, взяв полотенце, ушел в баню.

– Что-что? Не твоего ума дело, – возмутилась Ира и села за стол, чтобы подкрепиться.

На следующий день, как и обещал дядь Максим, загрузив все необходимое, повез их к озеру.

– Красотища, – первое, что сказала Настя, когда вышла из машины.

Они минут тридцать тряслись по ухабам. Казалось, что машина вот-вот упрется в непроходимую чащу, но каждый раз дядь Максим находил новый путь, и они трогались дальше.

– Ну, как тебе? – довольная собой, спросила ее Ира.

– Я хочу тут жить.

– Нельзя.

– Почему?

– Это заповедник.

– Как, а тогда мы…

– Можно приехать, собирать грибы, рыбачить, но никакой охоты, нельзя рубить дрова и никаких костров.

– А как же… – Настя не представляла палатку без костра.

– Можно, но около воды. Ладно, пойдем помогать ставить палатку.

Очистив площадку от шишек и установив кемпинговую палатку, девушки навели в ней порядок.

– Мужская половина там, женская тут, – заявила Ира. – Мы переодеваться, – она опустила полог и закрыла его на замок. – Ну, что стоишь, раздевайся.

Город – это не деревня, а деревня – не лес.