Глаза врага

Сердце замерло.

– Охо-хо! – прямо над моим ухом воскликнула подруга, которая уже примостилась у меня за спиной и вместе со мной читала записку. И уже тише добавила. – Шустрый гуманоид… Хорошо, что с Громовым не успела поспорить, продула бы…

Я почувствовала, как лицо начало предательски краснеть. Алиса всегда была бойкой девицей, но иногда её пренебрежение к личным границам других людей раздражало. Сейчас был как раз такой момент.

– Эх, не успели спор заключить, – раздосадовано хмыкнул Ромка, рассматривая этикетку на бутылке.

Уже не было смысла скрывать содержание послания. Я передала записку Ромке.

– Запал, – протянул Ромка, и улыбище расцвело на его лице.

– Балует он тебя, пути подхода ищет, – серьёзным тоном сказала соседка. – Смотри, Лика. Ты у нас девушка нежная, трепетная, ранимая. А этот товарищ слишком тёмная лошадка.

– Алиска права, – заметил Ромка. – Мы, мужики, в принципе ничего просто так не делаем. Будь осторожнее. Хотя кому я это говорю, – тут же тихо засмеялся Ромка.

– Вот ты! – играючи стукнула кулачком соседа в плечо Алиса.

– Дети, не деритесь. Это плохо, – поучительно заметила я и улыбнулась. Всё-таки я была благодарна судьбе за эту парочку.

– Результаты тестирования когда будут? – вдруг решила сменить тему Алиса.

– Через три дня.

– Год назад было пять дней, – сказал Роман.

– Уже нет. Столько всего сегодня произошло, что тестирование кажется чем-то несущественным.

– Странный день, странные события… – решила пофилософствовать уже захмелевшая подруга. – Но всё равно, если результаты теста не совпадут с твоими желаниями, что делать будешь?

– От рисования я не отступлю, – заверила я. – Попробую, конечно, совместить его с рекомендациями. Но если это будет невозможно, то плюну на тестирование.

Это была чистая правда.

Рисование было моей страстью.

Помню, как в шесть лет отец впервые отвел меня в художественную школу. Я словно попала в другой, новый и неизведанный мир. Но одно поняла сразу: это был МОЙ мир. Вселенная, которую я хотела и изучать, и создавать.

Даже во время Великого Кризиса я ежедневно рисовала. Не всегда была под рукой бумага, бывало, что рисовала на стенах, на пыльных стеклах…

Никогда не забуду ТОТ день.