Только она

Словоохотливый парень, почти безобидный, но приставучий жуть, просто.

– Как ты, Шторм?

– Не жалуюсь. Что у тебя? Некогда мне.

– Я по поводу гонки… – На том конце замялись, и замолчали на некоторое время, что для Андрея не свойственно. Проблемы, бл*. Так и знал.

– Давай уже, рожай. Говорю же, чувак, некогда мне.

– Дан, Кокс не согласен с твоей победой. Говорит, ты сократил расстояние, и вызывает на реванш.

– Он, как всегда, – вздохнул я зло. Это не чел, а мешок убыток. – Пускай       назначает время.

Я согласен, только не сегодня, – предупредил я сразу.

– Он уже все решил, – снова замялся Рыжий, а я тихо сматерился на это. – Не бушуй, Шторм. Он настаивает на Петле, через две недели в полночь.

– В каком состоянии он это предлагал? – взорвался я. Совсем уже чертов обкурыш ебну***.

– Я с ним разговаривал меньше часа назад, и он был абсолютно трезв, Дан. – на полном серьезе ответил мне наш распределитель игр.

– Скажи, я согласен. В конце концов, его пора на место поставить.

– Ты прав, Шторм. Трасса, конечно, стремная, жесть какая. Но что не сделаешь ради выигрыша, да Чемпион?!

Рыжий что-то продолжал говорить, а я уже и не обращал на него внимание…

Отец обнимал миниатюрную женщину, с копной рыжих волос, за талию и что-то то ли шептал на ушко, то ли целовал в шею… со второго этажа этого особняка не очень видно было, чем они там занимались.

Однако, за ними я особо и не смотрел… Она выпорхнула с

пассажирского сидения, как бабочка, что-то сказала матери или же моему отцу, в припрыжку побежала к багажнику нашей машины.

Наш водитель, Егор, что-то с улыбкой говорил ей и пытался, по-видимому, убедить ее, что сам в состоянии взять их чемоданы, но она нежно ему улыбнулась, коснулась ладошкой его руки и вытащила все же один чемодан на дорожку.

Взглянув все с той же улыбкой на наш дом, заметила меня, и улыбка слетела с ее лица.

Зашибись! И чем я не угодил принцессе?

Одной рукой я держал телефон у уха, в который мне до сих пор что-то бухтел Рыжий, второй, я упирался в подоконник и неосознанно начал его сжимать.

А она, не отрываясь, смотрела на меня, своими широко распахнутыми глазами в обрамлении мелких завитков, таких же, как у матери, рыжих волос. Интересно, каким цветом ее глаза?

Родители что-то сказали ей, и она вздрогнула, отводя взгляд, процессия двинулась в дом. Ага, и мне пора.

– Так, Рыжий, мне пора, бывай.

– Подожди, чел, ну, что на счет сегодня? – затараторил Андрей.