Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

 – Нас обстреляли, а машину, в которой должен был ехать я, еще и взорвали. Это заказное убийство. Ты представляешь, что будет, если исполнители поймут, что не закончили дело?

– Вернутся, – на автомате выдала я.

– И уберут всех, включая случайных свидетелей. Тебя вычислят завтра же, сделай ты хоть один несчастный звонок. И тебя, и твою семью. Такие люди не любят оставлять долги. Ты понимаешь?

Я кивнула, все еще не поворачивая к нему головы. Ярость пошла на спад, уступая место осознанию происходящего и липкому ужасу, который, подобно невидимому пауку, ловко оплетал тело крепкими, тугими нитями.

– У вас кровь. Вы ранены. Вам нужна медицинская помощь, – пытаясь проглотить вставший в горле ком, выдавила из себя.

– В первую очередь нам нужно поскорее убраться отсюда. Пока не нагрянули пожарные, скорая, полиция. Ты поможешь мне? – прозвучало таким тоном, что у меня сбилось дыхание, и теплая ладонь едва коснулась плеча, передавая смысл слов нежным прикосновением.

Это была не просьба и не приказ. Какое-то завуалированное обещание чуда в обмен на спасение. Он не привык просить, но и командовать в этом положении тоже не решился. Видимо, понял, что сейчас нужно действовать совсем другими методами. И у него получалось.

Артур с легкостью играл интонацией в голосе, обволакивая властной аурой, заставляя по собственной воле принять решение в его пользу.

– Поехали, – наконец тряхнула головой, скидывая морок. – Только я не знаю, куда вас везти.

Развернулась к нему лицом и ахнула, понимая, что все то время, пока я стояла и думала, Артур терял последние силы, исходил кровью и, превозмогая адскую боль, хватался за остатки угасающего сознания.

– О боже! – выпалила, тут же подставляя ему плечо и помогая дойти до машины.

Теперь мне не страшен был никакой туман. Я не знала, что буду делать с мужчиной дальше, не знала, как буду помогать. Меня гнала вперед лишь пульсирующая в висках мысль, что сейчас от моих действий зависит жизнь человека.

– В больницу? – бросила беглый взгляд в сторону Артура, отмечая, что он держится.

– Исключено! Рана не опасная. Пуля прошла навылет. Завтра купишь лекарства, какие скажу: бинты, повязки, антибиотики. Мне сейчас никак нельзя светиться.

– Завтра я работаю весь день, да и кто будет все это делать? Рану ведь промыть надо, обработать… – Он так выразительно посмотрел на меня, что сомнений не осталось.