Подари мне сына

Сумку массажистки, масло, которым она щедро смазывала руки, ее небольшие кисти рук с коротко обрезанными ногтями без маникюра.

И повернулась только тогда, когда Маргарита прощебетала:

– Ну-с, начнем? Вначале нужно разогреть кожу. Поэтому скользящими движениями мы начинаем разминать мышцы. Вот так.

Глеб уже расслабленно лежал на животе, подставив спину под профессиональные ручки Марго. Белые пальчики проворно заскользили по широкой загорелой спине, контрастируя на ее фоне и вызывая какой-то странный протест внутри.

Как будто посягая на святое.

Мне не нравилась ни улыбка, с какой Маргарита обращалась к Глебу, ни то, как довольно он ей отвечал, откровенно флиртуя.

Интроверт, у которого есть невеста и который со всех сторон окружает себя красивыми женщинами.

Я сама не понимала, почему меня так злит вся эта ситуация.

Возможно, потому, что Маргарита была на короткой ноге с Глебом, общаясь с ним не как с клиентом, а как минимум как со старым хорошим знакомым.

Или то, как она, смеясь, запускала пальцы в гриву темных волос, скорее больше балуясь, чем действительно выполняя свою работу.

А может быть, то, что Глеб слишком вольно отпускал свои шуточки, ничуть не смущаясь чужого присутствия.

Но так или иначе, эти двое меня словно нарочно раздражали.

Весь сеанс я просто сидела рядом. Стиснув зубы, смотрела за уверенными движениями рук Маргариты, слушала их болтовню и думала о чем угодно, только не о том, что мне нужно запоминать все ее пояснения.

Поэтому, когда она наконец закончила, я даже вздохнула свободнее, чувствуя, что подобные обязанности станут для меня наказанием.

– На сегодня все. Завтра примерно в это же время повторим, – погладила она его последний раз по плечам.

Опять слишком нежно и даже в некотором роде интимно.

– Буду ждать с нетерпением, – лениво отозвался Глеб, не открывая глаз.

Девушка вытерла руки об салфетки, собрала сумку и, попрощавшись, исчезла в коридоре.

А я так и осталась сидеть, не зная, что делать дальше.

– Лена? – подал он признаки жизни.

– Да?

– Передай Алене, чтобы накрывала на стол. На двоих.

При упоминании о еде желудок недовольно заворчал, напоминая о том, что неплохо бы и мне перекусить. Со всей этой суетой я совсем забыла о том факте, что с самого утра у меня, кроме чая, во рту ничего не было, а в моем положении голодать никак нельзя.