Подари мне сына

– А что по деньгам? – уточнила осторожно, боясь спугнуть удачу.

– Ну, смотри, официальное трудоустройство, стаж, белая зарплата.

– Жень?!

Подруга шумно выдохнула:

– Блин, я не хочу обнадеживать заранее, но Руслан сказал, что обычно такие вещи обговариваются на месте. С его слов, у прежнего помощника выходило больше двухсот тысяч. Сто пятьдесят – зарплата, и остальное – премия.

– Сколько? – переспросила я, не веря своим ушам. – Ты это серьезно?

Боже! Да мне год продавцом пахать в нашем городе, чтобы заработать столько, сколько за месяц получает личный помощник кого там?

Депутата?

Олигарха?

Банкира?

Да хоть черта лысого, я согласна!

За полгода я соберу сумму, равную той, за которую можно купить однушку в моем родном городишке, смогу съехать от родителей и строить свою жизнь самостоятельно! Не оглядываясь на мнение отца, не мучаясь совестью под трагичным взглядом мамы, не завися, в конце концов, от тех, кто меня родил.

У меня аж руки затряслись от радости и нахлынувшего волнения.

– Но имей в виду: за просто так никто платить не станет. Ответственность тоже наверняка будет не детская. Я за тебя поручилась – надеюсь, и ты меня не подведешь.

– Женя-я, да ты ж моя спасительница! – заметалась я по комнате, готовая прям сейчас бежать подавать заявление на увольнение, собирать вещи и мчаться навстречу светлому будущему. – Какое подведешь? Нам бы ночь простоять да день продержаться. В смысле, оставшиеся восемь месяцев. Кстати, а как же мое положение? Это не станет проблемой? Ты говорила с Русланом?

Вспыхнувшая было надежда снова на глазах начала меркнуть, стоило мне вспомнить нюансы моей ситуации.

– Говорила. Он сказал – не принципиально. Главное условие – проживание рядом с начальником. Остальные детали обсудите на месте. Ну как? Заинтересовало?

Глава 4

В Москву я приехала через несколько дней.

Зато маминой радости не было предела. Она хоть и старалась этого не показывать, но я все равно видела это по глазам.

Обидно, но ее понять я могла. Либо нерожденный ребенок, которого еще не видела, в руках не держала, не нянькалась, либо родной муж, с которым прожила без малого тридцать лет.

Осуждать не было смысла.