Подари мне чудо, или Новогодняя сказка

Хотя тут как придется. Серьезных отношений у меня нет, а водить на такие посиделки проходных дамочек – это как встречать Новый год в кругу семьи с проституткой. Вроде можно, но лучше не надо.

– Тогда в субботу, как обычно, – определяется Леха.

– А чего в субботу? Можно прям с вечера пятницы начинать. Все равно Денис башляет, – ржет второй товарищ.

– Ага, ты со своей Иришкой хотя бы на вечер договорись. А то она в прошлый раз грозилась прикрыть эту лавочку. А потом требуй трехдневного банкета.

– Так, ладно, пацаны. Мне тоже уже пора. – Делаю знак официантке, чтобы принесла счет. – Давайте в субботу соберемся и посидим нормально. Я угощаю. Если вдруг какой форс-мажор – пишите заранее, перенесем.

Я расплачиваюсь за ужин, прощаюсь с друзьями и иду на выход. Стоянка, на которой я оставил свою машину, чуть дальше обычного. Пешком – метров сто. Не совсем удобно, но основная стоянка заведения сегодня забита с самого утра. На первом этаже празднуют то ли свадьбу, то ли чей-то юбилей.

Я обхожу здание, заворачиваю за угол, когда откуда-то сбоку слышится чей-то всхлип и звук, похожий на рыдания. Оборачиваюсь. Не показалось. Девушка в костюме Снегурочки сидит на ступеньках запасного входа и тихонько раскачивается из стороны в сторону. Из-под пушистой шапочки торчат две косички. Белые варежки, голубой халат, серебристые сапожки. Худенькая. Это заметно даже под зимним нарядом.

– С наступающим, – улыбаюсь девчонке.

Несмотря на сумрак и плохое освещение видно, что Снегурка молодая. Студентка или в районе этого.

– Угу, – шмыгает она носом и еще больше опускает вниз голову, закрывает лицо ладонями.

Видимо, плохи дела.

– Эй, ты чего? Обидел кто? – ёкает что-то внутри.

– Он умрет теперь, понимаете? – поднимает на меня заплаканный взгляд. – Из-за этого мудака! Он напился, устроил дебош, и нас выгнали. И ничего не заплатили. А я так надеялась на эти деньги, и времени почти не осталось.

– Кто умрет? Почему? Какой миллион? – теряюсь в первый момент, слыша ее сумбурный рассказ.

Снегурочка хлюпает носом и опять прячет лицо в белых варежках. Мотает головой. А я понимаю, что дело серьезное.

Глава 2

Я никогда не был рыцарем, не спасал утопающих, не отправлял деньги через эсэмэски на лечение больных детей. Я вообще раньше жил в стороне от всего этого.