Быть ближе к тебе

Только сейчас отмечая, что при звонке Егор даже не поинтересовался, чем я занята и не разбудил ли.

При том, что знал, который час.

Глава 8

– С кем разговаривал? – игриво протянула Инга, стоило вернуться в спальню. Обошла сзади, положив ладони мне на плечи, и начала разминать мышцы. – Ты слишком напряжен. Что-то случилось?

– Все в норме. Тебе показалось.

– Показалось, что ты звонишь некоей Юле среди ночи? – Ревнивые коготки заскребли по спине.

Профессиональные пальцы заскользили по коже, надавливая на нужные точки.

Хотя назвать нашу сегодняшнюю близость с Ингой горячей не поворачивался язык.

Последние дни выбили меня из колеи. Слишком ощутимо, чтобы это прошло без последствий.

Поэтому ласкового и нежного любовника из меня этим вечером не получилось.

По правде говоря, никакого не получилось.

Просто не зажглось.

– Это был важный звонок.

– Еще скажи, что по работе!

Этим вечером мне нужна была нейтральная компания.

Именно поэтому я оказался тут, а не поехал домой выслушивать пьяные бредни отца. И не остался в квартире, откровенно боясь одиночества и одолевавших мрачных мыслей.

Кажется, это была плохая идея…

– Тебя это не должно касаться, Инга. Не лезь куда не следует, – предупредил, теряя терпение.

– Даже так? Ты уже на моих глазах звонишь другим женщинам, а я должна терпеть? И молча глотать? – закончила на визгливых нотах.

Я резким движением скинул ее руки с плеч. Только вот бабских истерик мне не хватало сейчас.

– Я могу уйти, если что-то не устраивает, – бросил в ответ.

В последнее время Инга предъявляла слишком много прав, требуя повышенного внимания. Мы встречались больше года, но никаких оснований думать, что она может предъявлять мне претензии и устраивать сцены ревности, я ей не давал.

Более того, с самого начала прямо заявил, что, кроме интима, мне от нее ничего не требуется.

И первые месяцы все шло прекрасно. Инга не создавала мне проблем, я оплачивал все ее хотелки.

Однако с некоторых пор она начала подзабывать важный пункт нашего негласного договора, чем все чаще вызывала во мне глухое негодование.

– К Юле? – криво усмехнулась девушка.

Заставляя вспыхнуть и так тлеющее раздражение.

Я накинул рубашку, поправил запонку на манжете и молча, без сожаления, вышел в прихожую.