За пазухой у дракона

Больше того, я уверен, что прежде мы были близки, очень близки. Молчать же о прошлом вас заставляет обида или чувство вины.

Вот уж неправда!

Лично меня чувство вины не мучило нисколько, а если кому и стоило вспомнить о нем, так это сеньору золотому дракону. Сейчас, глядя на него, я чуть ли не впервые с начала войны поверила во вселенскую справедливость. Это ему за прежнее чванство и самомнение. Так сказать, возмездие по заслугам.

Только я-то тут при чем?

Почему он свалился мне на голову? При этом и в прямом, и в переносном смысле.

– Достаточно, – оборвала его размышления. – Повторяю, вы, сеньор, остаетесь в этом доме ровно до тех пор, пока не вспомните все и окончательно не восстановите силы. Рассуждения и нелепые домыслы прошу оставить при себе. Мы не были близки и никогда не будем. К тому же я не сеньора, а сеньорита, запомните это.

– Вы такая хорошенькая, когда злитесь, – продолжал свое дракон. – Не обманывайте ни меня, ни себя. Вас все еще влечет ко мне, так же, как и меня к вам.

Глава 8

И почему он вспомнил именно это?!

Я раскраснелась, но вовсе не из смущения, а от злости, и едва не сломала ложку. Матушка Грэси возмущенно фыркнула. И только Антия, расширив от любопытства глаза, переводила взгляд с меня на Бэлтрена.

– Здесь ребенок! – напомнила ему строго. – Если не хотите лишиться крова на ближайшую ночь, подбирайте выражения.

– Я их не терял, – с намеком проговорил он, глядя мне в глаза, и победно усмехнулся.

Вот дракон, это же моя фраза! Та, что я сказала ему в его замке. Именно тогда этот самодовольный нахал вел себя со мной, как с какой-нибудь портовой девкой. Он точно заслужил высшее наказание.

И зачем я приютила его?

– Раз уж вам настолько полегчало, сеньор, принесите воды из ручья. А я пока подготовлю тесто, хочу испечь булочки с толчеными цветами букашника на завтрак.

Да, лучше говорить и думать исключительно  о делах хозяйственных. И силу дракона направить во благо, а не во вред. Мы с матушкой Грэси  договорились ничего не рассказывать сеньору Бэлтрену Драко о прошлом до восстановления его магических сил. Но клянусь Великой праматерью, мне становилось все сложнее выносить его общество.

– Почему вы, деточка? – забеспокоилась матушка. – Я сама позабочусь о завтраке.

– Не стоит, иди, отдыхай Грэси.