За пазухой у дракона

– С тобою плохо обращались деточка? – не отставала матушка.

– Брось, сеньорита Сал мухи не обидит, – возразила я, – а всех деток любит как своих.

Антия покивала на это, а потом, вскинув руку, написала в воздухе слово «любовь». Написала, а после указала на меня пальцем.

– Милая… – я растрогалась окончательно.

Ну как прикажете оправлять в сиротский приют ребенка, признавшегося тебе в любви? Малышке наверняка пришлось несладко, и все же она не утратила детской наивности и веры в людей. Наверное, это действительно любовь с первого взгляда.

Притом взаимная, потому что я тоже удивительно быстро привязалась к Антии.

– Решено, ты поедешь с нами, а там посмотрим! – решила мгновенно, и малышка радостно захлопала в ладоши. Я же обернулась к матушке Грэси и попросила: – Собери, пожалуйста, мои детские вещи, они нам пригодятся.

Вообще-то все это добро: книги, ленты, одежду и игрушки, я намеревалась отдать детям некромантов. Но раз пошло такое дело, нам они тоже пригодятся.

Сеньоре Сал я отправила письмо с сообщением о том, что Антия со мной и с ней все хорошо.

Железному ворону, отправившемуся с посланием, также следовало остаться в приюте – мне он вряд ли пригодится в скором времени.

Мы же дружной командой отправились на север.

Итран встретил нас проливным дождем и промозглым ветром. В крытой карете мы не промокли, но вот Тучке пришлось несладко. Лететь котику приходилось практически с закрытыми глазами, и все же он не сбился с курса и доставил нас в пункт назначения уже к вечеру.

– И тут мы будем жить? – охнула матушка Грэси, осматривая небольшой двухэтажный домик с заколоченными окнами. Крыша у него, точно шляпа бедного сеньора, местами потрепалась и сползла набок. Хорошо хоть, печная труба была на месте, да и дыр вроде бы не имела. – Какое убожество…

Если честно, я представляла себе еще более жуткий вариант, о чем прямо сообщила матушке:

– Могло быть хуже, гораздо хуже. Что ж, идемте, посмотрим, что ждет нас внутри.

А внутри нас ждал запах сырости, плесень, паутина и пыль.

Однако возле действующего камина стопкой высились сухие дрова, а в углу гостиной были свалены кучей новые одеяла, постельное белье, посуда и даже кое-что из провизии. Как ни хотелось бы признавать, но сеньор Бэлтрен Драко не был совсем уж суров и не бросил нас на произвол судьбы.

– Конечно, не наша вилла, но жить можно, – рассудила я. – Крышу можно починить, пыль убрать, комнаты проветрить.

Но не сегодня.