Ученица особого назначения. Невеста особого назначения

Точно на взбитую сливочную пену пролили банку с клубничным джемом. Увы, но, даже находясь в плачевном состоянии, я думала исключительно о еде.

Корабль вновь тряхнуло. Одной рукой вцепилась в борт, другую приложила к горящей груди.

– Вот она! – белесый бестер подбежал первым.

– Осторожнее, девочка! – предупредил Джекоб Фокс. – Мы не причиним вреда, обещаю.

Ага, так я и поверила. На всякий случай еще раз глянула вниз: земля не приблизилась, зато дирижабль прибавил скорость.

– Дыши ровно, не угробь всех нас! – снова распорядился Лис.

У меня перед глазами все поплыло. Я уже не знала, что делать и кого слушать. Оседая на палубу, успела подумать, что пришел конец. Если не умру от лихорадки, растерзают бестеры. Не простят, что пробралась на дирижабль, да еще и каким-то непостижимым образом выломала дверь.

Первым, как ни странно, подскочил кучерявый коротышка. Хотел схватить меня за шкирку, но не тут-то было.

– Да она жжется! – объявил он.

Фокс оказался хитрее. Прежде чем схватить меня в охапку, накинул снятую с себя куртку.

– Сейчас, потерпи, скоро станет легче, – объявил чуть ли не ласково.

Потащил в неизвестном направлении.

На меня накатил новый приступ, к груди подступил жар, легкие, будто резиновые шары, до отказа наполнились горячим паром. Того гляди, я сама превращусь в дирижабль. Вот только человеческий организм не рассчитан на подобные нагрузки. Как и сознание, не способное переварить и осмыслить происходящее.

Организм и сознание посовещались и нашли самый легкий выход из ситуации – отключиться.

В себя я пришла от резкой боли в руке. Распахнула и без того огромные глаза, дернулась.

– Осторожнее! – предупредил Фокс. – Так сделаешь только больнее.

Меня привязали к креслу: кожаные ремни стягивали щиколотки и запястья, широкие пояса крест-накрест перехватывали грудь. В помещении с белыми стенами не было окон – только стеклянные стеллажи вдоль стен. Пахло лекарствами и травами.

Возле двери по стойке смирно стояли коротышка и белесый.

– Что вы мне ввели? – спросила я у хитро улыбающегося Фокса.

Он выбросил одноразовый шприц в мусорный бак и поднес к моему рту баночку с сиреневатой жидкостью.

– Название лекарства тебе ни о чем не скажет, – проговорил тоном наставника. – Сейчас почувствуешь легкий дискомфорт, но через минут двадцать боль и жар утихнут.