Горечь красного

Валентин лишь рассмеялся, услышав такое. Давненько демоны не пытались от него откупиться. Глупость. Ни тогда не помогло, ни теперь. На что он рассчитывал? Что он согласится? Чушь. Не было никого, и не будет никогда! Должно быть, он дошел до ручки, и действительно готов отдать всё ради того, чтобы его убили. Что ж, тем лучше. Слишком много охотников погибало по его вине. Он виноват во многих смертях, и прощать такое было бы преступлением. Молодые стажеры, не опытные охотники, у которых были семьи. Сколько охотников не вернулись домой? Сколько родителей больше никогда не увидят своих детей? И он простит такое? Никогда.

– За кого ты меня принимаешь? – просмеявшись спросил Валентин, – Смирись со своей судьбой, тебе её не избежать.

– Ну да, ты хочешь славы, ещё большей, чем у тебя есть. Тебе за мою шкуру светит хорошая награда. Много ты рассчитываешь получить за меня? Они тебя боготворят, восхищаются тобой, а ты всего лишь охотник за головами и ничего больше. Легендарный Валентин Лавров, о тебе при жизни слагают легенды, но знают ли твои обожатели правду?

– О-о-о! А ты такой белый и пушистый! Тихо – мирно мучил людей, но нет, тебе помешал злой и не хороший охотник, тебя поймали.

– Но я ведь прав? Ты же любишь славу? Ты любишь, когда тобой восхищаются? Ничто человеческое тебе не чуждо.

– Это всем нравится. Ты цепляешься за то, что есть у всех и хочешь выставить меня, в моих же глазах монстром. У тебя не пройдёт этот фокус, я знаю свои недостатки, и смирился с тем, что я не идеальный.

– Это не трюк, просто тема для разговора.

– Тогда другую тему.

– Легко. Весьма неожиданно видеть Риту в твоей команде. Ты на неё положительно влияешь, она стала сильнее и увереннее в себе. Но в начале пути она была на тебя совсем не похожа. Я не прошу раскрыть мне свои секреты, мне просто хочется знать, почему именно она?

– Это не твоё дело, демон, – с улыбкой произнес Валентин.

– Да брось, кому я могу рассказать? Мои дни сочтены, ты сам говорил.

– И тем не менее я оставлю её при себе.

– Значит, есть что скрывать. Значит эта информация не такая уж и никчемная, как я думал, – задумчиво произнес демон.

– И твоей она не будет. Я долго живу, и сразу вижу, когда меня хотят надуть.

– Сколько тебе лет, охотник? – задумчиво спросил демон.

– Я давно не считаю, – устало произнес Валентин, – но я помню императоров.

– И какой самый ранний?

– Александр.