Всё лишь грёзы

– А твой отец? Что с ним? – спросила и тут же отвернулась, предчувствуя, что вопрос был совершенно лишним. И скорее всего, Тирон не только промолчит, но и разозлится.

– Он ушел от мамы, посчитав, что она предала его, и я не его сын. Хотя на самом деле это был предлог. На тот момент у него уже была женщина, моложе мамы на десять лет.

– А почему он решил, что ты можешь быть не его сыном?

И все-таки я рано обрадовалась разговорчивости Тирона. На последний вопрос он не ответил. Вышел из воды, подхватил сапоги и, сообщив, что пора жарить мясо, направился в сторону дома.

Оставшись в одиночестве, я вышла на траву, чтобы дать ногам обсохнуть, и попыталась призвать свой дар хранительницы. Пусть я не вошла в полную силу, но, как рассказывала Армелия, в критических обстоятельствах дар мог проявить себя самым неожиданным образом. Правда, чаще это касалось детей рода, а не самой хранительницы. Вот только я ничего не почувствовала. Абсолютно ничего. Дар не желал откликаться, как если бы его не было вообще.

ГЛАВА 5

Стараясь казаться как можно более незаметной, я лениво прочесывала волосы гребнем. Тирон с самого утра был чем-то недоволен, и ко второй половине дня его настроение только ухудшилось. Причин я, естественно, не знала. Но отчего-то чувствовала себя виноватой. Наверное, потому что мы были тут вдвоем.

Долгих двадцать дней и жутких двадцать ночей, хотя я уже научилась спать, не содрогаясь от воя. Тирон, учитывая дни моего беспамятства, так и вовсе прожил здесь месяц.

И видимо, его терпению пришел конец. Признаться, и у меня уже истаяла надежда вернуться. Но и планов на будущее я не строила, просто просыпалась, что-то делала для облегчения своего существования, а затем ложилась спать. Да и не было тут будущего. Нам очень повезло натолкнуться на этот дом, вокруг которого стояла защита. Повезло, что тут имелся какой-никакой запас продуктов, инструментов, одежды, тканей, посуды и прочих нужных мелочей.

Вот только его перемены настроения уже порядком надоели. Я старалась избегать ссор, но он будто искал для них повод. И с каждым разом мне было все сложнее отмалчиваться, чтобы не спровоцировать Тирона.