Всё лишь грёзы

Мне оставалось лишь виновато склонить голову.

Затолкав ящики под кровать, Тирон встал и вернулся к печи. Взял один из пучков трав, висящих над нею, и бросил в кастрюлю.

– Ты совсем ничего не умеешь? – спросил он.

Я растерялась. И потому промолчала.

– Готовить умеешь?

– Нет.

– В лесу ты точно не умеешь выживать, – догадался он. – И с домашней работой не знакома, так?

– Да, – тихо ответила я. – Я целительница, – добавила зачем-то.

– Тут это не имеет значения, – отозвался он, помешивая травы, от которых тут же разлился аромат.

 – Магии здесь нет.

– Как нет? А ты тоже маг?

– Пространственник, – кивнул Тирон. – Нет магии. Неужели ты не чувствуешь этого? – он обернулся и смерил меня взглядом.

Замявшись, я ответила не сразу.

– У меня уже бывало, что дар будто спал, я подумала, что и в этот раз так же.

– И как же ты училась с таким даром? Или тебе нет пятнадцати?

– Мне семнадцать. А как училась… это не твое дело.

Возможно, во мне говорили отголоски сил хранительницы, ведь Армелия рассказывала, что этот дар самый сильный, сильнее всех прочих, взятых вместе, но я не хотела раскрывать Тирону всю правду.

Тем более он пространственник, значит, имел отношение к порталам. И неизвестно, была ли его вина в сбое или нет. Хотя, с другой стороны, меня как хранительницу рода целителей многие знают, в том числе дети других родов. И возможно, Тирон давно понял, кто перед ним.

Но я все равно решила пока умолчать обо всем.

Не такой уж разговорчивый собеседник мне достался.

– А ты уверен, что и целительство тут не действует?

– А если и действует, какой от него прок? – заявил он. – Я уж точно не дамся тебе в руки, а других тут нет. Разве что волкопсы, но вряд ли они приходят сюда ради лечения.

– Понятно, – проговорила я, усевшись за стол. – И что теперь?

– Буду учить тебя, – он пожал плечами, а затем вернулся к кастрюле с травами. – Характер у тебя покладистый, не ноешь, не зудишь, не пытаешься раздавать указания.

Думаю, уживемся.

– То есть… – я остановилась, подбирая слова. – То есть искать выход ты не намерен, как и не намерен позволить это сделать мне?

– Нет выхода, Дамиана, – ответил он резко помрачневшим голосом. – Если только ты не спешишь умереть.

– О чем ты?

Он не торопился с ответом. Разлил ароматную воду по кружкам, одну из которых подал мне, и сел напротив.

– Волкопсы. Они приходят каждую ночь.