Испытание

Вот такая у меня зависимость.

– Ты безумен, – заключил Орест. – Проклятье! Я ведь не предполагал, что она невинна! Ты представляешь, что твоё наказание могло сотворить с ней?

– Это не наказание. Она слишком идеальна, а я пытался это исправить.

– Объяснись, – потребовал Орест. – Она не предаёт тебя, не заставляет идти на безумные поступки и, насколько я понимаю, не ищет выгоды в тебе. Так, чем же ты недоволен? Любой бы многое отдал за такую девушку!

– Любовь – это всегда испытание, – невнятно пробормотал Грегори.

Они замолчали.

А я сидела, силясь понять услышанное откровение.

Меня никогда никто не любил. До Грегори. А он, открыв это в себе, наказал за свои чувства, хоть и отрицал это. Или испытывал мои?

Не важно. Он своим капризом разрушил моё будущее. Сделал больно. Предал. И не собирался останавливаться. Простить за это, делая вид, что ничего не случилось, я не могла. Пусть мне часто приходилось смиряться с обстоятельствами, но это не тот случай.

Разжав ладонь с украшениями, я взглянула на них. Красивые и бездушные, как и их хозяин. Вытерла лицо рукавами, а затем встала.

Чего во мне было больше – злости, отчаяния или разочарования – сложно судить. Скорее всего, все вместе. Но страх изгнало полностью.

Быстро дойдя до открытых дверей, я увидела сидящих за столом Грегори и Ореста, тех, кто разрушил все мои планы. Они не сразу заметили меня. Я к этому и не стремилась. Устраивать демонстрацию своих чувств не собиралась.

Я не переступала порога столовой. Просто замерла, рассматривая пьяного жениха. Бывшего жениха. И в тот момент, когда он обратил на меня взгляд, бросила серьги и браслет в его сторону. А после развернулась и побежала к выходу.

Позади послышался грохот, ругательства и слова Ореста:

– Оставь.

Непреодолимо хотелось вернуться и, наплевав на здравые мысли, высказать им обоим все, что скопилось на душе. Если бы это помогло…

Но ещё сильнее я желала просто свернуться где-нибудь клубочком и сдохнуть.

Проскочив мимо кухарки, вырвалась на улицу, где тут же поспешила покинуть территорию дома Грегори. Повозку нашла практически сразу.

До академии я сдерживала себя, как могла, чтобы не разрыдаться.