Глупая

– Так ты говоришь, что не знала, кто был твоим женихом? – внезапно спросила она.

– Не знала. Увидела его только после того, как мы вышли из храма.

– Как же ты согласилась на такой брак? – Азалия не пыталась скрыть своё недоверие.

– Договор, – пояснила ей. – Мне только двадцать лет, отказаться или ещё как-то избежать его исполнения я не могла. И даже не представляю, каким образом папенька и Тео пересеклись.

– Хорошая таверна и не таких людей сводит, – фыркнула мама мужа.

Я аж замерла, осмысливая слова Азалии.

– Они пьяными договор заключали?! – возмутилась я.

Но, честь мне, даже не повысила голоса. Наоборот, произнесла это тихо, не веря самой себе.

– Сроков церемонии никто не оговаривал. Вы бы пробыли женихом и невестой только два года, без каких-либо обязательств. Но, как ты уже знаешь, внезапно твой отец потребовал исполнения договора.

Два года… На мой день рождения, пять месяцев назад, папенька хорошенько набрался, а затем пропадал где-то всю ночь. После того случая не удаётся припомнить подобного.

Ни Дженго, ни моя безопасность не являлись причинами брака. Пожалуй, теперь и мне не известна вся подоплёки этого союза.

– Ты не подумай, что я тебя в чём-то обвиняю. Но заметь, как странно выглядит ситуация.

Заметила, до невозможного необычно. И только я остаюсь в полном неведение.

– Но, даже если опустить подробности, предшествующие церемонии, появление Сабиты в тот же день, её совместные снимки с Артемио в газете, и, уж прости за откровенность, твоя сохранившаяся девственность – всё это наводит на определённые мысли.

Сговор. Вот только его целей я не могу предположить. Да и мало меня волнуют опасения моего мужа и его мамы.

– Азалия, я не люблю лжи. А вы соврали, говоря, что Тео ничего вам не поведал. Не нужно пытаться меня уличить. Мне не известны мотивы папеньки. А единственное, чего я сейчас хочу – избавления от этого тьмушного рисунка со своих рук.

Бесспорно, срываться на ней некрасиво. Спрашивать надо с папеньки или с Тео. Но обоих нет передо мной.

– Это невозможно, – возразила она. – Джениса, пойми, я не желаю тебе зла. Но если ты задумала что-то дурное против Артемио, оставь это. Тьма не связывает «истым» союзом просто так.

– Вы не слышите меня, как и ваш сын, – ответила я, поднимаясь. – Полагаю, мне лучше уйти.

Азалия ничего не ответила, и я покинула гостиную.