Глупая

– Ах, ну да, конечно, – язвительно согласилась с ним. – Это многое тебе прощает. Особенно то, что твоя дочь растёт без родителей.

– Не лезь в это! – рявкнул он на меня.

После чего на кухне воцарилось молчание.

Я пожалела о сказанном сразу же. Бесчестно напоминать о болезненной теме. Но и Айко мог бы остановиться в своих выяснениях вовремя, а не осуждать мой страх. В конце концов, просьба перерисовать вязь не содержит ничего не выполнимого.

– Так ты поможешь? Или мне искать другого художника? – решилась спросить я.

– Идём, – отозвался Айко и первым вышел из кухни.

– Зря ты так, – заметил Гирд. – Мы не желаем тебе зла.

– Знаю, – виновато улыбнулась. – Но слов не вернёшь, а извинений Айко не примет.

– Тоже верно, – согласился он. – Я уйду на рассвете, а к полудню вернусь.

– Хелин перенесёшь? Хоть минутку повидаюсь с ней.

– Тогда мы обычным транспортом доберёмся. Не хочу рисковать с магией.

– Хорошо, – кивнула я и поднялась с места.

– Я перед тобой в неоплатном долгу…

– Мы уже обсуждали это! – остановила его. – Никаких долгов.

Чтобы не попасть в более неудобное положение, я выскочила из кухни. Айко, вооружившись бумагой и карандашом, уже ждал меня. Молча дав свою рубашку, он мотнул головой в сторону кровати. Я переоделась в ванной: вещь друга прикрывала меня почти до колен.

Айко уселся, оперевшись о спинку кровати. Сначала я уместилась по его примеру, но затем сдвинулась ниже, оставив художнику для работы только свою руку.

Гирд, подошедший чуть позже, накрыл мои ноги одеялом и опустился с другой стороны постели. Тишину нарушали только звуки росчерка карандаша по бумаге.

На рассвете, как маг и предупреждал, он ушёл. Айко, до сих пор не проронивший ни слова, внезапно поинтересовался:

– Как ты добралась до Гирда?

– На автомобиле, – вздохнула я. Стена пала, но тема для возобновления разговора выбрана неудачно. – Я утопила его.

– Зачем? – не отрывая взгляда от бумаги, спросил друг.

– Он пропах чужими духами, – не придумав ничего лучше, я уставилась в потолок. – Его мне папенька подарил, а Тео отдал ключи Сабите.

– Отец расстроится, – предположил Айко. – Лучше бы ты продала его по дешёвке.

– Не лучше. Тогда меня сочли бы алчной и мелочной.

– Думаешь, муж поймёт намёк?

Я в недоумении уставилась на друга.

– Какой намёк? – уточнила у него.

Айко так и не взглянул на меня.

– Можешь поспать пока.