Чарующее зазеркалье

У тебя есть я, а это уже кое-что. Я буду тебе другом, а про любовь я сказала в порыве эмоций, не обращай внимания.

Он посмотрел мне прямо в глаза и словно из-под ресниц потянулись ростки нежности, он заглянул мне прямо в душу. А потом без слов притянул к себе и поцеловал нежно, целомудренно, требовательно.

Я не сопротивлялась, но вдруг он отпустил меня и с ужасом прошептал:

–Да ты совсем ребенок. Права была мама. Лена, я не могу, я не должен погубить тебя. Мы поедем завтра на поезде. На лаборатории путешествовать слишком опасно.

Впервые после поцелуя он посмотрел на меня. Но я к этому времени уже совсем оправилась и смогла убедительно кивнуть.

–Отлично. Пока ты отдыхала я изучил практически все о твоей стране (извини, я был уверен, что ты окажешься китаянкой). Завтра нам предстоит тяжелый путь в Пятигорск.

Я молчала.

–А пока давай отдохнем. Уже светает, целый день прошёл.

– Д, конечно.

Но это повторилось снова.

Глава III. Путешествие

–Странный, однако же, ты выбрал способ передвижения. Мы хотя бы в ту сторону едем? – спросила я, чтобы разрядить обстановку. С того утра мы почти не разговаривали, мы отдалились. И теперь, сидя в обыкновенном плацкартном вагоне, я думала лишь о том, как бы начать разговор, нарушить это тяжелое молчание, повисшее между нами, разделяющее нас.

–Мы едем на Кавказ и остановимся недалеко от Минеральных вод. Извиняйте, что всего лишь почтово-багажный поезд, д и места не самые лучшие, но лучше не привлекать внимания. Зазеркалье хочет избавиться от нас, и, поверь мне на слово, сделать это очень просто.

–Да, но мы же целую неделю торчали в Воронеже без цели, разве не для того, чтобы запутать следы?

–Ошибаетесь, Елена Павловна. Мы ждали, когда начнётся период солнечной активности и влияние королевства теней ослабнет для того, чтобы мы могли беспрепятственно доехать до мест назначения.

–И от самолета мы отказались, потому что ты боишься, что воздушная стихия защитит нас от зазеркалья хуже, чем земная. Я читала об этом в рукописях отца.

Мы ехали уже 10 минут, и ничто, казалось, не предвещало опасности, как вдруг какой-то непонятный звук вначале заставил нас приостановить столь милую беседу, а потом и вообще забыть о всех этих глупостях.