Путь Элинор к Дару

Вряд ли мы бы его так быстро схватили, будь он здоров, необычайной силы человек, точно знаю. Советник, вы уж разберитесь, чего это они приперлись к нам? Скорняк – хороший человек, ручаюсь за него.

– Разберемся, – коротко ответил ему Великий Пешеход, потирая ушибленный в драке локоть, а про себя подумал: «Удивили мы эльфов, не сумели они управлять людьми так, как хотели. Трудно будет доказать, что ремесленники действовали не по своей воле, но я это сделаю».

– Тарит, вас завтра утром будет ожидать король с докладом, – советник обрался к хозяину дома, который с благодарностью и испугом взирал на него.

Великий Пешеход еще раз осмотрел ремесленников, они все также бессмысленно таращили глаза и молчали. Он распорядился отвезти нападавших в королевскую тюрьму, а сам направился во дворец. Проходя мимо ворот Пешеход заметил очнувшегося садовника, который с недоумением оглядывался по сторонам.

– Да ты, братец, самое интересное пропустил, – ответил на его невысказанный вопрос Пешеход и скрылся за воротами.

Советнику предстояло решить множество вопросов, касающихся политики в государстве. Короля нужно было известить немедленно о случившемся, и уже с утра провозгласить новый указ, касающийся налогов. «Интересно, как мне удастся уговорить короля? Может, беседа с Таритом на него подействует?»

Великий Пешеход составлял план доклада. «Завтра необходимо объявить жителям о наборе в группу добровольцев. Королю это решение понравится, – ухмыльнулся он.

 – Интересно, сколько человек согласится выполнять все указы «королевской доброты»? Ах да, надо не забыть объявить о награде за добросовестное следование указам Его Величества «О приумножении доброты в городе».

Главный советник размышлял о государственных делах. Он отложил разговор с матерью Элинор на более удобное время.

Глава 6. Колбочки

Элинор проснулась поздно, она лежала и слушала, как капли дождя вытанцовывают по крыше, отстукивая однообразный ритм.

Тоненькие струйки воды то здесь, то там, стекали по стеклам окна, то переплетаясь между собой, то расходясь снова. Свет из окна казался серым, а елка, что стояла неподалеку от дома почти черной. Дождь и не думал прекращаться. Вставать не хотелось, из-за двери доносились звуки:

«Что это там Алеус делает?» Ей было слышно, как Толстяк напевает себе под нос и гремит посудой. Любопытство взяло верх над сном и заставило Элинор оторвать голову от подушки.