Эпохи

Поняв сомнения Атаис, мужчина пояснил:

– Мы из нового поколения. Вышли из коконов незадолго до Падения. Высшие решили немного изменить нас для параллельного витка эволюции. Мы иные, как ты заметила. Более чувственные. Эмоциональные. Нас влечёт друг к другу, словно мы привязаны незримыми нитями.

– Мне это знакомо. Иногда я тоже чувствую себя другой. Слишком много эмоций возникает. Особенно после случившегося, – поделилась ответной откровенностью Атаис.

– Другие не должны догадаться о наших отклонениях, – заговорщицки улыбнулся Хадам.

– Да, – согласилась Атаис.

– Пусть это останется нашей небольшой тайной, – предложила Зейлит.

– Конечно, – подтвердила Атаис.

Попрощавшись, она смущённо направилась к выходу.

Зейлит

Они проснулись почти одновременно. В просторном зале находились только два их кокона. Они были распахнуты. Свет пронизывал пространство. Приоткрыв глаза, Зейлит увидела высокие своды потолка, затем бассейн с прозрачной розово-изумрудной жидкостью, заливающей её тело.

Голова была приподнята. Она окинула себя взглядом, от пят до груди, и осталась довольна. Зейлит попыталась приподняться и посмотреть по сторонам. В соседнем коконе плавал юноша. Он не торопился выбираться наружу и блаженно наслаждался ощущением кажущейся невесомости. Его синие глаза были широко распахнуты.

– Эй – мысленно позвала Зейлит.

Юноша, словно очнувшись, высунул голову из кокона и с нескрываемым восхищением, посмотрел на неё. По его лицу и тёмным волосам стекали розово-зеленые, густые капли.

Как по команде, зал заполнили помощники. Они заботливо достали проснувшихся из коконов, вытерли, обсушили, одели, попутно что-то спешно обсуждая между собой. Суть их разговоров Зейлит не уловила. Всё происходило очень быстро. Словно в тумане. Её привели в комнаты, где ожидала наставница, которая сразу начала обучение. Так Зейлит стала постигать науку жизни.

С тех пор она не видела проснувшегося с ней юношу, но его взгляд врезался в память навсегда.

Иногда к Зейлит приходили странные мечты.

Она представляла их встречу, прогулки наедине по пустынным террасам и нечто большее, что смутно приходило во снах, и о чем она боялась признаться даже самой себе.

Неожиданно, этот страшный день настал. Накануне Падения мир разделился на тех, кто будет спасён и тех, кто уйдет в забвение. Зейлит тревожно металась по апартаментам. Она не могла смириться со своей участью. Её жизнь только начиналась. До Падения оставались считанные часы.