В полете за мечтой

Олег – первый и единственный мужчина, официально знакомый с родителями, и я чувствую, сейчас будет гром и молния, но я морально готовилась попасть под раздачу. Не хочу врать, выворачиваться и продлевать «удовольствие», выслушивая вопросы, которые обязательно появятся в следующий раз, когда бывший снова не придет.

– Как же так?!

Мама растерянно хлопает ресницами и перестает выполнять миссию: «заполни тарелку дочери, чтобы она набрала лишних пару килограмм».

– Это все от ваших свободных отношений.

Раньше парень захотел от девушки большего – женился.

«А потом, если не зашло – развелся!» – мысленно парирую я, но вслух ничего не произношу.

Спорить с отцом бесполезно, и я помалкиваю и держу удар всю процедуру чаепития, после чего нахожу повод и сбегаю.

Плюхаюсь в машину и откидываюсь на сиденье.

И как я это вытерпела?!

Сейчас срочно нужно придумать занятие-релакс. Смотрю на часы и почему-то вспомнив, что у Зенита сегодня игра на Бутлерова, направляюсь туда.

Ненормальная особа?!

Знаю.

Давно пора перелистнуть страницу той сумасшедшей и незабываемой ночи, как наверняка это сделал Тимофей, но не получается. Я по-прежнему хочу видеть парня. Пусть даже издалека, не общаясь с ним.

Странное желание. Согласна. Но я вообще странная девушка.

Дворец спортивных игр «Зенит» старый, большой и запутанный. Еле нахожу проход на второй этаж, откуда болельщики следят за игрой, и останавливаюсь на самом неприметном месте.

Приглядываюсь и отыскиваю объект своего вожделения. Тимофей высокий, стройный, красивый…

Ох…

Пытаюсь сконцентрироваться на игре, которая уже идет полным ходом.

Крики, свистки, парни, носящиеся по полю… Спустя несколько минут, на удивление, мне уже почти интересно наблюдать за ними, особенно если кто-то бьет по воротам, а Тимофей красивого ловит мяч или выбегает встречать и выносит его ногами.

В перерыве между таймами слоняюсь туда-обратно, не зная, чем себя занять, и неожиданно чувствую чей-то пристальный взгляд.

Поднимаю глаза. Девчонка в нескольких метрах таращится на меня и не стесняется, когда видит, что я заметила ее странное внимание. Поглазев на нее, отворачиваюсь, рассчитывая: она отлипнет, но та и не собирается выпускать меня из фокуса.

Снова упираюсь в ее любопытные глаза, и, не выдержав, бросаю:

– У меня что, рога выросли или лицо позеленело?

Отворачивается.

Странная.