На край света с первым встречным

При скорости восемьдесят километров в час нас так потряхивает, что я невольно вцепляюсь в ручку двери, и хочется плакать от жалости к подвеске малышки за испытание, что ей досталось.

По дороге смотреть особо нечего. Населенные пункты, мимо которых мы проезжаем, хоть и не затрапезные, но совсем не интересные для человека, проживающего в мегаполисе подобному Санкт-Петербургу. Радует только то, что дорожное полотно изменилось и стало хорошего качества.

Из всего, что мне запомнилось из проеханных ста сорока семи километров по этой стране, – только синий трамвай-памятник, установленный в Даугавпилсе, и бесчисленные гнезда аистов, при виде которых я как истинная городская девочка не могу сдержать эмоции и раз за разом вскрикиваю: «Ой, смотри, аисты».

Парень явно забавляется моей реакцией, но у меня все равно не получается сдержаться, и я умиляюсь красивым большим птицам, как только они появляются на горизонте.

Литва сменяет Латвию незаметно. Если быть не особо внимательным, то легко можно пропустить обозначающий это знак: синий фон с желтыми звездочками по кругу.

Мы едем дальше, но картинка за окном практически не меняется. Разница лишь в названии населенных пунктов: Зарасай, Утена, Укмерге, Йонава.

Все различия, что я подметила, проехав практически триста шестьдесят километров по дорогам Евросоюза, – это совершенно не похожие на российские дома и домики, лютеранские церкви, другие номера на машинах с характерной синенькой полосочкой сбоку и еще указатели на латинице.

В Каунас мы въезжаем около семи. Я связываюсь с хозяйкой забронированных апартаментов посредством WhatsApp и, следуя навигатору Maps.me, установленному на моем iPad, работающему без интернета, мы проезжаем последние километры сегодняшнего дня.

Упершись в реку Вилия, послушно поворачиваем налево и, немного поплутав, находим нужный дом.

Диана встречает нас во дворе, показывает, куда припарковать машину, и, взяв вещи, мы поднимаемся за ней в квартиру.

Рассказав, что и как, и пожелав нам хорошего отдыха, женщина уходит, и мы остаемся вдвоем.

Парню же все нипочем: ведет себя, как рыба в воде. Плюхнувшись на диван, словно находится в собственной квартире, он без стеснения таращится на меня.

– Нехило мы сегодня проехали. Больше семиста километров.

– Семьсот пятьдесят девять, – зачем-то машинально уточняю я.

– Чувствую себя дальнобойщиком!

Молчу.