Любовь на расстоянии

Наконец я открыла глаза и с бесконечной любовью посмотрела на его милое заспанное лицо. Потормошив его и так взлохмаченные волосы, я, ехидно улыбаясь, предложила:

– Может, вообще не будем спать?!

Он улыбнулся мне моей любимой улыбкой и ответил:

– Надо попробовать.

Он перевернул меня на спину и оказался сверху. Я почувствовала тяжесть его тела, его поцелуи, которые тонкой ленточкой стали опускаться по шее вниз, и провалилась в гремучую смесь страсти, любви и блаженства…

Я посмотрела время на телефоне и огорченно произнесла:

– Нам пора собираться.

– Нет, – пробормотал он, не выпуская меня из своих объятий.

– Как понять – нет?! – удивилась я.

– Я продлил номер, – сообщил он. – Не на улицу же нам идти! До поезда еще много времени.

– Можно было ко мне.

Он усмехнулся.

– Я решил пощадить твою бабушку. Я ей явно не нравлюсь.

Я поцеловала его в губы и, слегка оторвавшись от них, заключила:

– Главное – ты нравишься мне! Безумно нравишься!

Он прильнул к моим губам, чтобы продолжить прерванный поцелуй, но нас разъединил мой вечно не вовремя звонящий телефон.

Я повернула его экраном к себе, и мы увидели имя звонившего человека. Макс отпустил меня, и я, еле скрывая раздражение, что Миша звонит не вовремя, ответила:

– Да!

– Ника, твоей бабушке плохо, она потеряла сознание. Я вызвал «скорую». Приезжай скорее.

– Да, спасибо… Сейчас приеду, – засуетилась я и, встретившись взглядом с Максом, объяснила: – Бабушке плохо.

Мы быстро оделись, покидали в сумки свои вещи, сдали ключи от номера и вприпрыжку побежали к на ходу забронированной машине. Потом, превышая скорость и указания светофора, помчались к моему дому.

Я не поднималась по лестнице – я взлетала. В голове мелькали ужасные картины прошлого: смерть родителей, смерть Веры, и я панически боялась, что доберусь до квартиры и мне сообщат еще об одной трагедии в моей жизни. Несмотря на все наши конфликты и недоразумения, я любила ее, и она была для меня единственным оставшимся близким родственником (я не брала в расчет бабушку, живущую в Санкт-Петербурге, поскольку она была и оставалась чужим для меня человеком).

Ворвавшись в квартиру, я столкнулась с Мишей, он как-то странно опустил глаза, увидев меня, и сразу пробормотал: «Раз ты пришла, я пойду», но мне было не до него, и я, на ходу кивнув ему, поспешила в комнату к бабушке.