Летопись дел времён Иоанна Грозного

– Эдак и в жизни, Еремей! В жизни враг всегда стремится нанести супротив тебя неожиданные удар. Сегодня в игре сие мне не удалось. Хочу чтоб и в жизни у тебя хватило смекалки увидеть придуманные врагами засады. Уразумел?

– Нет, государь, не уразумел.

– Не мудрено, когда не знаешь о чем толк.

Иоанн встал из-за стола и принялся ходить по светлице. Потом остановился супротив Еремея, одной рукой уперся о край стола, другой ухватился за спинку стула, на котором сидел гость.

– Намедни донесли мне, что под берегом у Свибловой башни по ночам слышатся глухие удары.

– Смекаю, роют подземный ход. Нечистую силу от Кремля уже давно извели.

– Не иначе как подбираются к Кремлевской стене. Вот я и хочу знать, по какой надобности без моего ведома такое творится. Кому другому поручить не могу. Тут нужна работа тонкая. Тем паче сами копатели интереса не представляют. Стало быть на дыбе мы разумного ответа не получим. А ты человек смышленый, найдешь по-тихому чего мне нужно.

В эту же ночь Еремей отправился к Кремлевской стене на берег реки Москвы. От Свибловой башни пошел в сторону Красной площади. К этому времени рыбаки поставили сети и ждали рассвета. Костер он увидел издалека. На земле и в лодках сидели человек пятнадцать. Еремея они приметили, когда тот подошел совсем близко.

– Будь здрав, боярин, – сказал тот, кто сидел в центре у костра, – по надобности или так, проходил мимо?

– Ты главный тут или кто другой?

– Смотря по какой потребности?

– Состою при государе, зовут Еремей.

– Тогда значит ко мне. Меня зовут Данила. Пойдем в сторонку, там и поговорим.

Старшо?й сразу угадал причину появления государева слуги и повел Еремея к тому месту, откуда из-под земли доносились удары.

– Вот тут, где я стою и слыхать как ударяют то ли обухом, то ли молотом. Только слышно не каждую ночь, вот сегодня что-то тихо.

Разошлись. Данила пошел к костру, Еремей же смерил шагами расстояние до Кремлевской стены, посмотрел на другой берег, там чернели силуэты жилых строений, будто выяснил, что хотел, потому как быстрым шагом поспешил в сторону своего дома.

На другой день ни свет, ни заря Еремей пришел к государеву постельничему и спросил разрешения взять на один день из царских запасов десять бархатных кафтанов и столько же расшитых порток. Дабы не вызывать у постельничего любопытства, Еремей сразу сослался на волю государя.

Помощником в этом деле стал командир стрельцов с Тверской заставы.