На пороге империи

За что всю мою семью на улицу? У меня же трое детей, – забасил Пахом.

– Куда деваться коли того, кто службу оставил, тоже велено выселять! Ты, Пахом, не обижайся, но я только донес указ, а там кто его знает, как обернется, – оправдывался Севастьян.

– Ты мне мозги не крути, я тебя насквозь вижу. Нынче так молвишь, а завтра скажешь – седмица сроку.

– Срока не знаю, но с тобой повременю, ты собирайся потихоньку и место новое для жилья ищи.

– Все, Севастьян, иди домой, мне с тобой более говорить не о чем.

Всю жизнь мою и Марфы перемесил. Оставил одну лазейку – пойти по миру с сумой. Уходи из моего дома, не могу больше тебя видеть.

Севастьян встал, открыл дверь и на пороге бросил:

– Крепись!

Марфа прильнула к груди Пахома и тихо-тихо запричитала.

– Случился бы пожар и все в прах превратилось, мне было бы легче – Божья кара. Значит где-то нагрешили. А ты верой и правдой себя не жалея, служил царям, мерз, голодал, увечья получил. За что, скажи, Пахом, за что? Земля уродила, думала будет урожай, а теперь все бросать?

Погоревали, погоревали, а делать нечего.

Тут заговорил Тихон:

– Все к лучшему, родители мои любимые, не горевать надобно, а искать новое место для проживания. А где это место я вам подскажу. Сон мне приснился. Рассказывать не стану, но повезу вас завтра туда, где нам указано жить далее.

– Мал ты еще указания давать родителям. Я в твои годы…

– Ты, Пахом, не гони, – вступилась Марфа, – делай, как сынок просит. Повозку тебе Севастьян даст без звука.

Глава третья

В древности некое место вдоль реки Яузы называли «гульбищным». Потом здесь начали появляться разрозненные дома, осваиваться пастбища, разбиваться огороды. Построили церковь в честь Преображения Господня. Образовалось село Преображенское. Мимо него проходил Стромынский проселок, шел он от Кремля до монастыря. Стромынский монастырь основал преподобный Сергий Радонежский в честь победы над ханом Мамаем.

Царь Алексей Михайлович после соколиной охоты любил заглядывать в это село.

Так нравилась ему эта местность, что повелел возвести тут царские хоромы. Наряду с Коломенским село Преображенское было вторым любимым местом проживания царской семьи в летний период.

По смерти Алексея Михайловича резиденция начала приходить в запустение. Ссора Софьи Алексеевны со своей мачехой, Натальей Кирилловной Нарышкиной, с матерью второго царя, вдохнула в село Преображенское новую жизнь.