Ещё не вечер, господа!

– Всех наших к себе водил, – уточнил Мануйлов.

– Если заартачится, уже будет подозрительно, тогда точно мешки на месте, – заключил Неустроев.

– А что, хорошая задумка, – оценил Мануйлов.

– Еще не все, – продолжил Неустроев, – коли позовет, еще одна забота будет.

– Само собой, – оживился Онуфрий.

– Может предложить чай, а может чего и покрепче. На выпивку соглашайся, да прояви тягу к сему. Нальет хорошо, так и пьяненьким притворись. Но лишнего не болтай, на судьбу свою пожалуйся и более ничего. Если верно думаю, то дворник – бестия хитрая.

После твоего ухода станет все прокручивать и оценивать, как ты себя вел, нет ли фальши.

– Коли предложит знакомство продолжить, позовет приходить на другой день или еще чего? – предположил Онуфрий.

– Не соглашайся, покажи лишь одно – тягу к выпивке.

– Когда идти? – азарт горел в глазах парня.

– Прямо сейчас и двигай. Вот тебе на извозчика. Жетон департамента у тебя с собой?

– С собой. Разрешите выполнять?

– Иди с Богом, мы с Андреем Каримовичем тебя дождемся.

Онуфрий выскочил из пролетки и с сосредоточенным видом подошел к дворнику, велел тому сделать перерыв в работе.

– Ты кто таков, чтобы мне указания давать? Не часто слышу подобное. В основном с меня работу требуют.

– Департамент полиции, – шепотом сказал Онуфрий и предъявил жетон, за ним достал фотографию:

– Вот, любезный, взгляни. Гляди внимательно. Появлялся этот тип в твоих владениях? Сказывай, как на духу и не вздумай лукавить!

– Был, голубчик мой ненаглядный, был.

Даже не был, а бывает! Скажу так, посещает нашу жительницу госпожу Аганину, фельдшерицу из городской больницы.

– Он ей родственник или полюбовник? С кем живет Аганина? Одна, с мужем, родителями, с детьми?

– Ты меня засыпал вопросами. Пойдем вначале ко мне, чайку попьем. Не для улицы разговор, дома тебе все и поведаю.

– Времени у меня мало, сам понимаешь, служба. Но коли разговор важный, пойдем.

От двери три ступени вниз, дворник предупредил загодя. Одно окно под самым потолком, помещеньице маленькое, сажень на сажень.

Кушетка в одно место, столик или тумбочка похоже и то и другой одновременно. Один табурет и сундук в углу. Вдвоем не разминуться. Под потолком лампочка, у двери выключатель.

– Меньше, чем тюремная камера, – заметил Онуфрий и сел на единственный табурет.

Блокнот и карандаш выложил на стол.

– Давай, старый, колись, – начал Онуфрий, – как тебя величать?

– Зови Егорыч, а к тебе как обращаться?

– Онуфрий.