Ещё не вечер, господа!

Андрей Каримович хотел позвать двух своих сотрудников, ответственных за жилой сектор, где расположен дом Аганиной, но в досягаемости оказался лишь один филер. Второй был занят и находился на выезде.

– Верно, Андрей Каримович, этот дворник мужик странный. Завсегда нам рад и зовет к себе в коморку. Чаем поит и рюмку готов налить. Но толку от него никогда не было. Все у него хорошо, да ладно. Говорит много, а в отчете писать нечего.

– Чем могу, – извиняющимся тоном заключил Мануйлов.

– Попрошу тебя, Андрей Каримович, изыщи возможность, поставь скрытый пост у дома Аганиной.

– Что-нибудь придумаю, может напротив какое окно сыщется.

– А как сумеете уйти от недремлющего ока дворника? – спросил Очкасов.

– Очень просто. Один к нему в гости пойдет, а двое найдут место для наблюдения.

– Предупреди своих, что к вечеру к ней заглянет Очкасов.

От Мануйлова заехали в фотолабораторию, забрали карточку для Аганиной и разъехались. Тираж копий еще не успели изготовить.

Глава восьмая

После дневного напряга у Неустроева еще хватило сил ехать вечерним поездом в столицу.

– Главное, – он напутствовал Очкасова, – не принимай поспешных решений. Исходи из того, что время терпит. Завтра день проведу в нашей головной конторе. Депешу с приглашением получил на прошлой неделе с нарочным. Видимо подошли новости из других краев по нашим заботам.

– Езжайте спокойно, обещаю дождаться без лишних вмешательств со своей стороны. Только пусть Мануйлов фотки в лаборатории заберет.

Как бывает в подобных случаях, в отсутствие Неустроева прямо с утра посыпались новости. Скрытый пост по адресу Аганиной зафиксировал несколько попыток дворника достучаться до Зинаиды. Но та следовала рекомендациям Очкасова и дворнику не отворила. Сразу после полуночи двое неизвестных втащили в каморку дворника тяжелый мешок, тяжелый настолько, что несли его в четыре руки, сгибаясь под тяжестью. Осведомитель службы Мануйлова по кличке «Титов» по месту своего проживания: Петровский посад, дом 19; видел, как человек с фотографии входил вместе с неизвестной женщиной в дом номер 17.

Первая реакция Очкасова сводилась к немедленному обыску в каморке дворника и к проведению облавы в Петровском посаде, доме номер 17. Но ума хватило прежде посоветоваться с Ломакиным.

– Ты, Сергей, видимо забыл простую истину. Любая информация, добытая скрытым путем, должна прежде осмыслиться.

– Значит сидеть и ничего не делать? – взвился Очкасов.