Ещё не вечер, господа!

– Повсеместно учинить массовые беспорядки. И третье, осуществить подобное способна только Германия.

– Ничего не понимаю, – продолжал удивляться Сергей.

– Германия будет поддерживать наших революционеров, снабжать их деньгами, предоставлять типографии для газет и воззваний, принимать и даже прятать их на своей территории.

– Еще оружие им привозить, – добавил Очкасов.

– В мирное время такое невозможно, но неизвестно, как дальше повернется. Итак, Парвус попал в поле зрения германской разведки.

– Из-за своих статей в изданиях?

– Именно так. Только проблема в том, что мы не знаем, где он приютился. Настало время упомянуть про Громан Екатерину Петровну.

– Я догадался, она приближенная к нему женщина.

– Любовница, познакомились они еще в 1905 году. Сказывают, будто от мужа из-за него ушла.

– Он необыкновенно красив?

– Женщинам больше нравится не красота, а обаяние. Сказывают, что Парвус моментально располагает к себе человека.

– Если Громан до сих пор в отношениях с Парвусом, то, что ей делать в нашем городе? Может она хочет найти для него новое пристанище? Если…

– Ты верно заметил, что если. Он обожает в жизни две вещи: роскошь и красивых женщин. Любовница у него появлялась в каждом городе, где он задерживался хотя бы на пару дней.

– Еще вы сказали, любит роскошь?

– Ради собственного ублажения может потратить даже казенные деньги, точнее, прежде всего казенные.

– Если ему доверяют деньги, значит некоторые уверены в нем. Может среди обиженных оказался ваш человек. Какой странный псевдоним – «Модус».

– В этом слове весь мой агент. Само по себе слово «модус» мало что означает, но «модус вивенди» с латинского переводится, как временное соглашение или способ существования. И, наконец, если хочешь, то состояние, которое признают две стороны.

– Не человек, а загадка?

– В какой-то степени да. В свое время без удовольствия пошел на сотрудничество, но затем вошел во вкус. А в прошлом году запил горькую и стал приходить на встречи в состоянии опьянения. Я тогда положил перед ним лист бумаги и ручку. Он удивился и спросил зачем, а я ему говорю, пиши расписку о прекращении нашего сотрудничества. Когда он осознал твердость моего решения, готов был пасть на колени.