Воин забвения. Отравленный исток

Губы застывали от сырого ветра. В сапогах было мокро от растаявшего снега.

Пару раз они останавливались на короткий привал, угрюмо глядели друг на друга, как в отражения, а затем молча вставали и продолжали тащить Рогла по своим же недавним следам. Не так уж он был тяжёл, тем более исхудавший после ранения, но постоянное сопротивление снега утомляло донельзя. Ночь казалась бесконечной, и лес – тоже. Но перед глазами были следы – захочешь, не заблудишься.

Когда ноги перестали увязать в сугробах, Млада даже не сразу поняла, что они вышли на прокатанную санями и вытоптанную дорогу.

Они ещё немного перевели дух и двинулись вдоль широкой тропы. Дело спорилось гораздо быстрее, несмотря на усталость. Небо начало светлеть, и скоро облака на востоке вспыхнули огненным пупуром. Зарево утренней зари расплывалось всё больше, окрашивая серый ночной мир скупыми зимними красками. Зазеленела хвоя на ветках, зазолотилась тёмная сосновая кора.

Когда до лагеря осталось всего ничего, издалека, нарастая, раздался стук копыт по хрусткому снегу. Млада и Ведана одновременно обернулись. Шестеро всадников показались из туманной пелены, и чуть погодя их обогнал окрик:

– Млада! Эй, Млада!

Она только мгновение размышляла, куда можно деться, но эта мысль была загодя безнадёжной. Куда скроешься с сестрой и едва живым Роглом? Млада отпустила волокуши и, жестом приказав Ведане оставаться на месте, пошла навстречу всадникам.

Тот остановился, спрыгнул на землю и бросил поводья другому кметю.

– Здравствуй, Медведь… Какими судьбами? – Млада оглядела его, прищурившись.

Она уже знала, зачем приехал отряд. Не иначе князь отправил вслед за беглецами. Но Медведь как будто не расслышал её холодного тона, натянуто улыбнулся, а потом глянул за спину и некоторое время разглядывал Ведану, присевшую у волокуш с Роглом.

– Не прикидывайся, что не понимаешь, зачем мы тут, – лицо кметя вдруг стало серьёзным. – Князь хочет вернуть вас обратно. А уж почему вы сбежали, не объяснил. Сказал только, что пленников из темниц увели. Второй отряд он отправил по Южному тракту.

Надо же, предусмотрительный. Похоже, увещевания Бажана не помогли, и Корибут слишком сильно успел въесться в разум Драгомира.