Ловушка для стального дракона

И дерзость – совершенно открытая, словно сама девица получала от этого удовольствие, – просто подбрасывала всё внутри. А надо сказать, Эдмер всегда считал себя взвешенным и довольно спокойным.

– Нет, оставь! – отрезал он. – Что, вообще, за чушь лезет к тебе в голову? Я даже лица её не видел.

– Однако… – камергер осёкся, встретив взгляд исподлобья.

Сокрушённо развёл руками, мол, что же поделать. Ну да, лорд Стальных лесов не вёл исключительно благопристойную жизнь. Но сейчас никаких посторонних девиц в постели ему не хотелось.

* * *

Илэйн/Регина

Утром, едва я продрала глаза и успела залить в себя немалую дозу местного кофе – а такой здесь и правда был! – как на лестнице под дверью вновь прозвучали шаги. Похоже, это как раз пришёл тот, кто собирался объяснить мне детали будущей авантюры. Надеюсь, он, в отличие от вчерашних визитёров, не похож на палача, который отрывает головы жертвам голыми руками? Бр-р.

Но когда я открыла на вполне себе деликатный стук, так и обомлела, бестолково шлёпая губами. Передо мной стоял мой так называемый «отец». А вернее, отец Илэйн – Годман Хингрэд. Из-за его внушительной спины приветливо выглядывал уже знакомый мне Редмунд. Разве что рукой не махал. Сегодня он выглядел гораздо опрятнее: чистая рубашка с аккуратным жабо, вышитый камзол, а поверх – кафтан из плотного льна. Ну прямо жених на сватовстве.

И да, он был без Смагарла. Видимо, тот портил ему степенный образ.

Годман придирчиво меня осмотрел в короткий миг до приветствия. И, судя по всему, остался очень… очень недоволен.

Ну а что? Сейчас моя одежда была удобной и простой. Во-первых, чтобы не выделяться в толпе. Достаточно и яркой внешности доставшегося мне тела, чтобы это стало сложной задачей. Во-вторых, рюши, бантики и кружева, которыми щедро украшали свои наряды модницы, в моей работе были лишь способом поскорее свалиться с дракона, если что-то из этих финтифлюшек зацепится за его чешую или шипы.

Но такому спесивому аристократу, как Годман Хингрэд, это сложно объяснить. Так что придётся «наслаждаться» этим непередаваемым выражением гадливости на его гладко выбритом лице.

– Здравствуй, Илэйн… – проговорил он сухо.

Значит, о том, кто я на самом деле такая, по-прежнему не знает… Интересно!

– Здравствуй… папа, – я постыдно споткнулась на этом слове. – И?..

– Редмунд Рапоса, – представился Редмунд с вежливым кивком.