Дочь реки

Уж вряд ли старшой их смолчал о том, что вечером приключилось. Расписал всё в красках самых ярких да и от себя, небось, прибавил. Но те, если и посматривали в её сторону, то спокойно, хоть и с понятным интересом мужчин, которым девицы на пути встречаются не так часто, как хотелось бы.

Как Дажьбожье око начало просачиваться светом своим густым и тёплым сквозь лес, золотя тонкие ивовые ветви и паутинку берёзовых, отгоняя колючую прохладу в тень, как все уже были готовы выдвигаться. Один только струг оставили ненагруженным, лишь с гребцами – тот, у которого бок был разбит и наспех заколочен досками.

– Непогода поднимается, – проговорил один из людей Рарога, обеспокоенно глядя в ещё почти ясное небо.

Но уже тянулись с севера облака, расползаясь, не успевая пока закрыть небо. Но ближе к окоёму они становились всё гуще, превращаясь у самого края в тяжёлый свинец, свисающий к земле расплавленными нитями далёкого дождя.

– Может, протянет? А, Волох? – нахмурил брови Рарог, проследив за его взглядом.

Тот неопределённо качнул головой, теребя чёрную бороду. Подумала поначалу Гроза, кого напоминает он, а как имя, прозвище ли, услышала, сразу поняла. Видно, с южных Ромейский краёв этот ватажник. И кожа-то больно смугла, и волосы тёмные, под стать почти чёрным глазам. Такой крови в этих землях не водится.

– Вряд ли протянет, – всё же не стал обнадёживать Волох. – Но ливнем сильно не должно зацепить.

Да разве с волей Отца Небо поспоришь? Как он решит, так и будет. Не зря завывали Стрибожьи внуки: ненастью быть, да хотелось верить, что всё ж не слишком сильному. Ватажники, рассаживаясь по своим местам, оставили требы водяному. Бросили в воду – чтобы он не лютовал, а то ведь и напакостить может, если должное уважение не оказать. Тем и успокоились.

И повезло ведь Грозе плыть в одной лодье с Рарогом этим несносным. Но тот, на счастье, вид сделал, что ничего накануне не случилось.

Понесло течение могучей Волани струги в сторону Волоцка: даже и грести не надо. Верхом от него сколько вёрст было отсчитано, два дня пути – а обратно гораздо быстрей получится. И Беляна тому отчего-то радовалась заметно. Косилась на неё с подозрением Драгица: как ни скрывай печали свои сердечные, а всё равно что-то да просочится и слуха наставницы достигнет.