Ритмы Тонких Миров

– Вас случайно не Аленой Ивановной зовут?

– В точку, Родион. За прошедшие полтора века ты, похоже, не растерял своих способностей к анализу.

– Во время изучения одного бессмертного произведения, – пояснил Родион, – мое имя не сходило с языка моих школьных товарищей. Но мне странно, что вы, имея такую привлекательную внешность, умудрились ассоциировать себя с некрасивой и жадной старухой-процентщицей.

В глазах женщины появились явно выраженные красные огоньки.

– Но я и есть эта старуха! – громко и с расстановкой произнесла она.

Ситуация была странной, и даже почти невероятной.

– И что же будет орудием расправы? – спросил Родион. – Старуху убили обухом топора. Здесь планируется что-то подобное?

Алена Ивановна распахнула плащ. Темное трико плотно охватывало ее стройную фигуру. В подвесной кобуре слева было закреплено нечто, похожее на вытянутый брусок.

– Несомненно. Имитация будет полной.

– Но почему вы решили, что вам удастся ваше мероприятие? Ведь я, несомненно, буду сопротивляться.

Женщина посмотрела насмешливо.

– У тебя нет ни малейшего шанса. Я владею своим телом и этим оружием, можно сказать, в совершенстве.

Взгляд Алены Ивановны стал жестким.

– Но я не буду нападать на тебя со спины, как это сделал ты в отношении меня. А теперь приготовься. Я дала тебе достаточно времени, чтобы осознать, что твоя смерть не является случайностью.

Рука женщины потянулась к застежке плаща, но в этот момент за ее спиной раздались чьи-то легкие шаги. Она упругим движением отскочила в сторону и развернулась так, чтобы контролировать все пространство.

В комнату вошла невысокая светловолосая девушка. Не дав ей опомниться, женщина толкнула ее по направлению к Родиону.

– До чего курьезная ситуация! – в голосе Алены Ивановны звучал сарказм. – Ты ведь убил не только меня, но и мою невинную сестру Лизавету. И мне теперь, как и тебе когда-то, обстоятельства не оставляют выбора.

Синие глаза девушки смотрели на Алену Ивановну удивленно. Зеленые глаза ответили ее взгляду дерзко и вызывающе. Но чем дольше смотрела обладательница бархатного плаща в яркую синеву, тем более было заметно, что с ней что-то происходит. Она вдруг сделала шаг к столу и опустилась на ближайший стул.

– Сядьте, – раздался голос, который уже не звучал приказом, но содержал нотку, похожую на просьбу.