Улица вечерних услад

Она хлопнула со всей силы меня по рукам. Я разозлился и шпульнул в нее огромной шишкой. Она легко увернулась. И как тигрица прыгнула на меня. И повалила на пол. И заломила вверх руки.

– Вот так, Лоб. К чему приводит непослушание. Тебя еще можно в угол ставит, Лоб. – И она больно щелкнула меня по лбу.

Она была на полторы головы ниже меня, эта чертовка. Я легко мог поместить ее подмышку. И я никак не мог ожидать, что в ней столько силы. И с этого дня я зауважал ее. Как своего парня. И мы даже подружились. Хотя отца я долго не мог понять.

– Если бы жива была бабушка, она все равно бы умерла, увидев эту беспризорницу. В нашем благовоспитанном доме, – выговаривал я отцу, важным шагом расхаживая взад-вперед по комнате. – Я не спорю, мой дорогой отец, – продолжал с пафосом я, – фигурка у нее – класс. Любая девчонка может позавидовать. Хотя личико… Нет, отец? Личико – так себе…

– Перестань паясничать, – перебил меня отец недовольно.

– Во всяком случае я благодарен тебе, что ты принял ее… Без всяких…

– Ну, отец! Не стоит благодарности! Я понимаю, что взрослому мужчине время от времени нужна женщина, – попытался сказать я как можно серьезнее.

– Сколько жизненного опыта, сын мой! – и отец хлопнул меня по влечу.

Я его хлопнул в ответ. Но гораздо сильнее.

– Честно говоря, меня мучает один вопрос, старик. О чем с ней можно разговаривать? Она даже понятия не имеет кто такой Кафка. А когда я спросил, что такое рококо.

– Никогда не задавай женщинам слишком много умных вопросов, Костя, – рассмеялся отец. – От них они быстро стареют. И по – том. Твой жизненный опыт на сей раз подвел тебя.

– Ты о чем? – не понял я.

– Чтобы любить – общие темы для разговора не обязательны. А иногда они только мешают. Усвоил?

В дверях показалась каштановая головка. И остренький носик.

– Лобовы! Обед готов!

Мы с опаской переглянулись. И наши опасения оказались ненапрасны.

В наших тарелках покоилось нечто липкое, вязкое, серо-буро-малинового цвета.

– А вообще-то вкусно, – с трудом выдавил из себя отец. И поперхнулся.

Ну что тут возразишь против любви?

Но я все-таки попытался оттянуть долгожданный момент принятия пищи.

– Вы слышали, передавали но телевизору, что в Египте один мальчик съел крокодила.